Вновь взяв в руки полароидный снимок, он бросил последний взгляд на ворота, могильные камни и рукописные строчки. Затем, не глядя, уверенным движением сунул фотографию обратно в конверт и спрятал его во внутреннем кармане пиджака. Схватив портфель, Джейсон выключил компьютер и вышел из офиса.
«Ты умер».
Жутковатое послание. Неужели это все-таки чья-то глупая шутка? Но внутренний голос подсказывал ему, что это не так. Джейсон вдруг почувствовал, как у него горят щеки. По виску сбежала крупная капля пота. Он машинально смахнул ее.
Джейсон проснулся оттого, что чья-то рука легла ему на грудь. С трудом размежив веки, он обнаружил, что смотрит прямо в синие глаза Кайлы. Ее длинные черные волосы растрепались и спутались, а лучезарная улыбка разукрасила это утро в мягкие и теплые тона.
– Доброе утро, – сказала она.
Именно голос Кайлы, в котором звучала легкая хрипотца, впервые привлек его внимание, и он влюбился в нее с первого взгляда.
Джейсон приподнялся на локтях.
– Ты улыбаешься мне на рассвете, и я просыпаюсь без зевоты, – приветствовал он ее только что придуманным рекламным слоганом. – Что еще нужно мужчине?
А рассвет и впрямь только что наступил – цифровой будильник показывал 6:02.
Она по-прежнему улыбалась ему.
– Не могу не согласиться с тобой.
– У тебя хорошее настроение.
– Разумеется. – Улыбка ее стала шире. – Взгляд твоих карих глаз неизменно ослепляет меня.
Теперь уже улыбнулся Джейсон. Он откинулся на подушки, и почти сразу ее стройное тело легло на него, а губы нашли его уста. Он ощутил вкус поцелуя Кайлы. Пальцы ее легко пробежались по его бедрам.
– Твои руки прогоняют остатки сна, – прошептал он ей на ухо.
– М‑м, что-то не очень вдохновенно, – пробормотала она, когда ее пальцы нашли то, что искали. – Однако же, мне кажется, что я обрела вдохновение.
Он застонал.
– Завтрак подождет, – прошептала Кайла.
– Или мы вообще пропустим его, – произнес он и сделал ответный ход.
После душа им пришлось поторапливаться, чтобы не опоздать на работу.
Кайла была секретарем управляющего компании «Демас Электрикал», производящей детали двигателей. Ее босс, Патрик Войт, без нее чувствовал себя как без рук.
Пока она в ванной наносила макияж, Джейсон все-таки решил сварить пару яиц и положить несколько ломтей хлеба в тостер. Когда он ставил на стол джем и масло, она внезапно вынырнула из ванной комнаты и обняла его. Он обернулся. Волосы ее все еще были влажными, а щеки – свежими и порозовевшими.
– Боже, я люблю тебя, – сказала она, кивая на кухонный стол. – А ты вдобавок еще и джентльмен.
– Совсем как твой босс. Знаешь, иногда я ему завидую. Ты делаешь все, что он тебе говорит.
Она выскользнула из объятий Джейсона и помахала пальцем у него перед носом, движение это напомнило дворник на ветровом стекле.
– Отнюдь не все, Джейсон Эванс, далеко не все, и тебе это прекрасно известно. Кое-что предназначено исключительно для тебя.
Кайла уклонилась от его жадных рук и села за стол, окинув взглядом джем, масло и яйца, после чего побарабанила пальцами по столу.
– Гренка скоро будет готова? И где столовые приборы? Ты же знаешь, что я спешу.
Он опустился на стул рядом с ней, нашел взглядом ее полные лукавства глаза и покаянно вздохнул.
– Видишь? Имею в виду именно это. Я изо всех сил стараюсь угодить тебе, а ты меня огорчаешь. Кстати, я вспомнил, что женщины вечно жалуются на то, что годны только для одного. Ну, разве что еще готовки и уборки.
Она захихикала:
– Я думаю, у тебя отлично получается. Наверное, ты рожден для этой работы. Вы, рекламщики, знаете, как побаловать свою целевую аудиторию.
– Ага, мою маленькую целевую аудиторию, – согласился он.
– Да, и ты своего добился. Я очарована.
– Ну вот и славно, – с деланным равнодушием заявил Джейсон. – А если тебе нужны столовые приборы, ты знаешь, где они лежат.
Кайла встала из‑за стола и принялась рыться в выдвижном ящике.
– Еще один досадный промах, – заметила она. – Полагаю, ты должен поработать над своими маркетинговыми навыками. Ты еще не достиг совершенства.
– Не вышколен безукоризненно, ты имеешь в виду? Что ж, как говорится, идеал недостижим, но к нему надо стремиться. – Джейсон вытащил из тостера два ломтика слегка подгоревшего хлеба и добавил: – Кстати, после работы я намерен заехать к отцу.
– Хочешь, чтобы я поехала с тобой?
Он пожал плечами.
– Скорее всего, у папы уже все готово к празднику, а это означает, что мне ничего не придется делать. Просто посижу с ним немного, и все. Так что, если ты не чувствуешь в себе особого желания нанести ему визит вежливости, можешь сразу отправляться домой. Все равно мы поедем к нему завтра, да и я не задержусь надолго. Может быть, на часок или около того.
