— Я помню, — седобородый резко прервал бубнящего слугу. — Квинтес нужен мне здесь. Пошли ему Вестник. Передай, что у него есть два дня, чтобы добраться до столицы. Не больше.
— Повинуюсь, господин. Будут ли еще указания?
— Подготовьте ниргалов к выступлению. Сколько их сейчас?
— В казармах расположено три десятка ниргалов, господин. Еще десять сопровождают его светлость Квинтеса Ван Лорса, десять ушло вместе с Ситасом Ван Мерти в Дикие Земли. Всего в вашем распоряжении сорок готовых к бою ниргалов, — четко ответил слуга. Он хорошо знал, что Повелитель не любит расплывчатых ответов. Чтобы не вызвать его гнева, следовало отвечать максимально правдиво и коротко.
— Мало, — недовольно скривился Повелитель. — Передай магам, что через два дня мне нужно еще два полных десятка ниргалов. Понял?
— Понял, господин. С вашего позволения, позвольте напомнить — сейчас наши казематы почти опустели. Потребуется время, чтобы найти достаточное количество людей, подходящих для изменения.
— Два дня! — не меняя тона повторил Повелитель. — У них есть два дня. Пусть пускают под нож любого подходящего. Через два дня я хочу видеть перед своими глазами еще два десятка ниргалов. Так и скажи. А теперь убирайся.
— Слушаюсь, господин, — еще ниже склонился слуга и, пятясь, покинул подземный зал, осторожно закрыв за собой дверь.
Уже в коридоре он позволил себе облегченно выдохнуть. На этот раз ему повезло. Слуга очень долгое время служил в поместье и знал, насколько быстро Повелитель выходит из себя. Также он знал, что маги не успеют подготовить два десятка ниргалов за столь короткий срок, даже если будут работать не прерываясь на сон и пищу. Но ему на это было глубоко наплевать. Главное, что бурлящая ярость Повелителя обрушится не на его голову.
Поспешно шагая, слуга направился к виднеющейся в конце коридора лестнице, ведущей наверх. Следует как можно скорее выполнить все указания Повелителя. Как можно скорее.
Когда слуга удалился, Повелитель еще некоторое время сидел в кресле, задумчиво поглаживая пальцами сверкающий камень на рукояти кинжала и беззвучно шевеля губами. Ему было о чем подумать.
