— Господин! Вы меня слышите? Господин! — Окружающую меня черноту разорвал встревоженный голос здоровяка. — Очнитесь, господин Корис!
Захрипев, я судорожно захватил ртом воздух и закашлялся. Все мое тело сотрясали судороги. Судя по моим ощущениям, я лежал уже не на плоту, а на мелких сырых камнях, впивающихся в спину. Рядом слышался гул водопада. Значит, привидевшееся мне лазурное море было лишь бредом моего сознания.
— Очнулся, — с непередаваемым облегчением прогудел Рикар. — Слава Создателю.
Заставив себя открыть глаза, я увидел нависшее над собой еле различимое в свете факела лицо здоровяка и слабо улыбнулся:
— Так легко вы от меня не отделаетесь. — Вспомнив недавние события, я задал самый главный для себя вопрос: — Ну что? Получилось?
— Все уже закончилось, господин. Мы под Подковой, — поспешно успокоил меня здоровяк.
— Слава Создателю… — простонал я и попытался приподняться. — Что с людьми?
Заметив, как я попытался пошевелиться, здоровяк решительно уложил меня обратно.
— Нельзя вам вставать, господин. Когда со второго водопада падали, вас знатно о камень приложило. Бок и бедро ажно синие стали. Не иначе нога сломана.
Услышав эти новости, я лишь обреченно застонал и откинулся на спину. Странно, боли в ноге и боку я не ощущал. Болело лишь плечо, пронзенное ледяной тварью. Хорошо это или плохо, я не знал, и лишь повторил мучивший меня вопрос:
— Рикар, что с людьми и гномами? Погибшие есть?
— Есть, господин, — мрачно ответил здоровяк, втыкая чадивший факел в землю. — Но, милостью Создателя, обошлось малой кровью.
— Сколько? — спросил я — И… и кто?
— Да я и сам толком не знаю, господин, — помотал головой Рикар. — Двоих утопших гномов видел, Тифий шею сломал. Литас в порядке — по берегу бегает, всех уцелевших в кучу собирает, Койн ему помогает. Детишки вроде на месте — ими сейчас гномы занимаются. Стефий жив, но без сознания — на голове шишка вздулась, но дышит ровно. Говорю же, господин, — малой кровью обошлось. Почитай, с двух водопадов ухнули, да еще под землей где-то две лиги отмахали.
Переварив услышанное, я решительно буркнул:
— Подними меня.
— Господин!
— Рикар, помоги мне встать! — рявкнул я. — Сколько я был без сознания?
— Да что же вы никак не угомонитесь, — заворчал здоровяк и легко вздел меня на ноги. — На здоровую ногу опирайтесь.
— Сколько я был без сознания? — переспросил я, перенося вес на здоровую ногу и с тревогой смотря на разорванные вдоль бедра штаны.
— Полчаса от силы, — ответил здоровяк, обхватив меня за плечи.
Оперевшись на здоровяка, первым делом я огляделся по сторонам. Темноту огромной пещеры разрывал свет десятка факелов, освещая берег подземного озера и часть темной воды. Один за другим зажигались костры, добавляя света и самое главное — тепла. Меня сотрясала дрожь, промокшая насквозь и задубевшая одежда не защищала от царившего в пещере холода. Рикар выглядел не лучше — мертвенно-бледное лицо с посиневшими губами больше подходило мертвяку, чем живому человеку.
Около пылающих костров скорчились фигурки детей и женщин. Над берегом озера висели гомон перекликающихся голосов и стоны раненых. Наскоро пересчитав людей и гномов, я убедился, что по крайней мере большая часть отряда пережила проход через водопады и смогла выбраться на берег.
Люди и гномы окликали друг друга, бродили по колено в стылой воде, высматривая выживших и вытаскивая на берег остатки груза и обломки плотов. К моему удивлению, я увидел двух уцелевших лошадей и одного мула, остальные животные не перенесли двойного падения и нахождения в ледяной воде. В отличие от нас, лошади весь путь проделали по горло в воде, и это настоящее чудо, что часть животных уцелела и самостоятельно выбралась на берег.
Оценив увиденное, я кивнул здоровяку, и мы поковыляли к ближайшему костру. Рикар осторожно опустил меня на землю, и я почувствовал волну тепла исходившую от пламени. Неописуемое блаженство. Вытянув к костру дрожащие руки, я повернул голову к ожидавшему указаний здоровяку и распорядился:
