За стеклянными дверями в коридорчике совершенно ничего не слышно. Обе закрытые двери в палате создавали звукоизоляцию, и Роза жалела, что не открыта хотя бы одна из них. За неимением лучшего, Роза попыталась подбодрить подругу через телефонный чат. В очередной раз взглянула в грустные глаза Лекси: «Что же тебя мучает?» — догадывалась она, что не только простуда да лёгкие. — Ведь точно что-то случилось там?».
Лекси набирала сообщение в чате. Символы в телефоне очень плохо способствуют избавлению от этой горечи, когда нужно что-то другое.
Часы приёма закончены.
Вечер.
Лекси сидела на большом подоконнике и смотрела на звёзды: «Да, ещё не ночь, а первые звёздочки уже появились в синем небе». Затем грустно вздохнула: «Они, кажется, тоже не знают, что им здесь ещё не место, но всё равно выходят светить».
Ночь. Штат Аризона.
Дэйв, возвращаясь с заказа, спешил домой. Но если подумать, есть ли у него «дом»? Он давил на газ по пустой дороге, проезжая съезд на Сан-Моарес. Город уже позади, несколько дорожных знаков блеснули от света фар во тьме. Тихой ночью движение на дороге спокойное. Свободной рукой Дэйв открыл бардачок и искал сигареты на ощупь. «Нашёл!» — Вытягивая пачку, он услышал, как что-то рухнуло на сиденье. Быстро взглянув, Дэйв заметил пистолет и вернул на место. Но на кресле лежало что-то лежало… размером побольше… Вернул внимание к сидению: «Ммм. Блокнот». К его взору предстал чёрный скетчбук с буквой «D».
Взгляд задержался на нём на несколько секунд… и Дэйв рявкнул:
— Чёрт! — ударил он по рулю. — Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Машина резко развернулась назад!
Больница глубокой ночью.
— К вам посетитель.
— В такой час? — удивилась Лекси. — Уже ведь поздно?
Лекси хоть и не спала, но это не отменяло того, что ночь есть ночь: и ночью нормальные люди спят.
— Он очень настаивал, — сказал мужчина в халате, странно отходя в сторону. И лишь секундой позже стало понятно, чем вызвана его зажатая нервная речь: к виску мужчины приставлен пистолет.
А затем показался и сам «посетитель»: весь в чёрном, как тень. На голове капюшон, на лице чёрная маска, немного похожа на медицинскую, но с тонкими аккуратными клапанами по бокам. Он грубо и сухо ткнул медбрата: «Открывай!» И ему открыли. Мужчина грубо отшвырнул заложника в сторону и шагнул в палату. А заложнику ещё долго будет вспоминаться ночь, когда «мужчина в маске» так сильно хотел зайти к девушке в карантинную зону, что чуть не вынес ему мозги. «Или я её увижу сейчас, или прострелю тебе башку! ТАК ПОНЯТНЕЕ?»
Лекси замерла в белой сорочке посреди палаты. Стены освещал лунный холодный свет, а в дверях стоял человек в маске. В его опущенной руке Лекси заметила пистолет. Мужчина сделал шаг вперёд. И её паника нарастает…
Он приблизился ещё на шаг, и сердце девушки застучало в висках: «За что?!»
Когда тот сдвинулся с места вновь, она осторожно попятилась назад.
Мужчина скинул капюшон и повторил попытку, но Лекси вновь отступила. На секунды свет из окна осветил его глаза: тёмные, мрачно-притягательные глаза…
И, наконец, она его узнала: «Дэйв». Страх ушёл, её плечи расслабились, а в усталых глазах исчез страх.
Дэйв убрал пистолет, пытаясь подойти ближе. Но та всё равно демонстративно отошла, давая понять, что не хочет контакта.
— Лекси… — произнёс он, но пациентка не ответила.
В его взгляде виднелось чувство вины. Дэйв видел перед собой сломленную девушку, и сломленную не только простудой. И зачем он здесь, Дэйв и сам не понимал, да и не разбирался в причинах, почему он всё же развернул внедорожник и приехал, ведь вполне мог не заезжать сюда. Дэйв ощущал едкий укор совести, хоть и старался заткнуть этот мерзкий надоедливый голосок куда подальше. Но не вышло.
Дэйв понимал, у девушки не будет другой возможности и другого шанса. И раз уж он не смог и не захотел ответить на её «дружбу», то решил: «Пусть у неё получится хотя бы как-то высказаться… перед тем, как я… Ей совсем хреново, — внезапно переключилось его внимание на её самочувствие. — Видимо, «перетереть» не получится… Оно и к лучшему… наверное».
А та, ещё раз взглянув в глаза, медленно повернулась к постели, Лекси сейчас мало заботили разрывы в собственных воспалённых лёгких.
Дэйв осознавал: это не игра, и она не блефует. Сейчас в этой палате равнодушно всё, даже та, кому безразличие обычно не свойственно. Он наблюдал, как хрупкая женская фигура с головокружением подошла к краю кровати. Лекси оставила одеяло лежать на полу и легла в постель, так и не поворачиваясь, отвернувшись к стене.
Дэйв впервые ощутил, что ранил.
Пару минут не решался даже приблизиться. Затем совершенно бесшумно подошёл, поднял с пола одеяло и укрыл её. Лекси пустым взглядом смотрела в стенку, перебирая в пальцах уголок прохладной наволочки.
— Я пришёл попрощаться… — произнёс Дэйв тихо, и его голос отдавал песком и горечью с прохладой.
По щеке Лекси побежала слеза.
Уходя, он слегка обернулся в дверях и хрипло добавил:
— Я больше не вернусь…
Мужчина исчез за дверью…
А чуть позже из города. Он ждал уже «конечную» в грузовом самолёте, пока его джип находился в хвостовой части.
