Я решил, что поправлять его не стану, сделаю это по ходу дела. Друзья ещё некоторое время восхищались тем, что я ведаю. Радовался ли я сам? Даже не знаю, что сказать. Для моего прошлого мира такую способность имеют все одарённые, а здесь не так. Но на всякий случай я напомнил Роберу и Аудре о данном ими обещании. Аудра только фыркнула, не удостоив меня объяснениями о том, что и так понятно всем. М-да, девушка явно получила аристократическое воспитание. Хотя в отношениях с нами ведёт себя просто, без заскоков.
Как договаривалась Аудра с помощницей профессора артефакторики мы не узнали, а она нам говорить отказалась. Мол нечего лезть в девчачьи секреты, мы с Робером настаивать не стали. Получалось, что каждую неделю, если нам понадобятся ключи от лаборатории по вечерам, мы должны скинуться по три золотых. Вполне приемлемо, даже для меня. Между собой решили, при удачном эксперименте разработка артефакта на троих, будет считаться секретом рода для всех троих. После испытаний надо будет вызывать юристов от каждого рода, и они составят тройственный договор. В общем бюрократия сплошная. Но я спорить не стал. Уже на следующий вечер, мы тайно пробрались в лабораторию, превратившись в эдаких «заговорщиков». Хочу сказать, что получилось не сразу. Ну не мог же выдать рецепт сходу. Надо было создать видимость работы и стараний всех троих. Однако за пять дней мы создали три вида наконечников-артефактов. Первый, три вида ядов, растительный животный и химический. Такой состав давал эффект ядовитого облака, в котором любое существо должно впадать в кому. Наконечник должен деформироваться, для этого пришлось взять свинец. При деформации вещества сближались, покрывали свинец зонами, и происходила реакция. Второй, на наконечник нанесли рисунки рун из заклинания на яркую вспышку. Процесс тот же. При попадании в цель, наконечник деформируется, руны сближаются — получите эффект заклинания вспышка. При этом успевай зажмурить глаза или отвернуться, иначе получишь ослепление на несколько минут. Третий, нанесение на наконечник знаков рун и взрывчатое вещество. Результат — взрыв и взрывная волна, которая контузит всё в радиусе пяти метров. Сделали по три стрелы каждого вида и собрались испытывать. Да, пришлось сделать антидот против отравления.
— Егор, почему у меня сложилось впечатление, что состав антидота ты уже знал? Что ты скрываешь, а ну говори, друзья мы или нет? — подозрительно прищурившись заявила Аудра.
Я усмехнулся, вот же глазастая и сообразительная. Я решил не вилять, а сделать признание.
— Антидот — один из секретов рода. Но я решил поделиться им с вами. Не травиться же нам в самом деле, глупо рисковать собой и друзьями? — быстро ответил я.
Друзей я удивил. Да нет, ошеломил скорей всего. У них не было таких выражений на лицах, когда они узнали, что я «ведун». После минутного молчания Аудра сделал предложение, серьёзно посмотрев на Робера.
— Егор, ты совершил странный поступок, но это доказывает, что ты нам доверяешь, считая нас друзьями. Робер, мы с тобой должны подумать над тем, каким секретом рода мы обменяемся с Егором, — очень серьёзно произнесла девушка.
— Я согласен. Егор, только дай нам время подумать, но Аудра полностью права. Думаю, что наши главы родов не будут возражать, такое бывает практикуется, — согласился мой сосед по комнате.
Испытывать наши изделия решили не на полигоне, а выйти в город, где-нибудь на окраине города найти бездомных собак и на них опробовать.
— Егор, как тебе не стыдно? Собачкам и так досталось в жизни, а ты ещё хочешь над ними опыты проводить, — возмутилась Аудра.
— Аудра, с собаками ничего не случится, так что не переживай. А потом, мы купим пачку корма и покормим их, когда они очнуться. Надеюсь, ты не будешь себя так вести в Прорыве, когда увидишь монстра в виде няшки[22]. Иначе тебе с нами лучше не ходить, такая милашка сможет тебе что-то откусить, пока ты восхищаешься, — строго произнёс я.
— Откуда тебе знать? Ты же говоришь, что не бывал в Прорывах, — сразу стала подозрительной Аудра.
— Я не говорил, что никогда не бывал в Прорывах. Но об этом меня предупреждал наш инструктор по стрельбе из лука, ведь он бывший егерь, — заявил я.
