Навстречу прокатил открытый грузовик – на маленький вездеход водитель и пассажиры внимания не обратили – смотрели вперед, на дым. Донесся глуховатый взрыв – взорвался бензобак радиотехнической машины.
— Нет, что-что, а радиопеленгаторные подразделения мы уничтожаем успешно. С остальным как-то не так везет, – констатировал Земляков. – Сейчас сообразят камрады.
— Ну не сразу же, – возразил Робин, возясь с упрямым майором.
— Жандармерия не глупей нас. И телефон на посту есть. Нужно с шоссе уходить, – сказал Янис, напряженно пытаясь вспомнить карту и повороты-перекрестки.
— К морю теперь точно нельзя, – соображал Земляков довольно быстро.
Сворачивать пришлось на первом же повороте – сзади нагоняла пара мотоциклов. «Кюбель» запрыгал по буграм, кажется, этого поворота на картах и вообще не значилось, но тут не до определений.
Сзади начали стрелять – мотоциклы нагоняли, мелькали между кустов, оба с колясками, на одной пулемет.
— Нет, не попадут, тут как на аттракционе скачем, – Робин перехватил Янисову винтовку, готовился отвечать мотоциклистам.
Звонко стукнуло по корме вездеходика.
— Попали! – удивился Робин. – Вот суки! Хорошо, у нас герой-майор есть, частично прикрывает.
— Не уйдем. У нас максимум под семьдесят километров, да и то по дороге, мотоциклы быстрее, – высказался Янис, яростно руля – дорога грозила исчезнуть окончательно, ветви кустов хлестали по кузову.
— Что цифры и спидометры, оно и опытным путем очевидно, – процедил Земляков. – Нах машину, ножками уходить будем.
— Там лесок, или что-то такое, – крикнул Робин. – Херовенький, но все же.
Когда дружно перешли на русский и матерный, было не совсем понятно, но стало как-то проще. «Кюбель» прыгал по кочкам, поскольку дорога иссякла.
— Ща завязнем, – предрек Земляков.
— Еще можно, – запротестовал Янис, интуитивно нащупывая путь. Полетели листья с кустов левее вездеходика – прошла там очередь. Хороший у фрицев пулеметчик, тут и курад спорить не станет.
Влетели в болотистую жижу – сразу на «мосты» сели, тут проходимость уже не выручит, Земляков приложился лбом о лобовое стекло, выругался. Сразу же настигла очередь – в тишине после заглохшего двигателя было слышно, как стучат пули по крыльям, и по майорскому телу. Ответно пальнул из винтовки Робин.
— Уходим, живо! – закричал Земляков.
— Сейчас иду, – Робин выхватил из опустевшего «арсенального» ранца последний термитный шар…
Бежали по топкому, казалось, сейчас сапоги увязнут. Нет, отвердело под ногами, сосны приблизились. Над головой пронеслась длиннющая пулеметная очередь, посыпалась хвоя.
На опушке разведгруппа оглянулась: перед болотцем лежал на боку мотоцикл, со второго – остановившегося рядом – снова застрочил пулемет…
Отползали вглубь леска, руки колола сухая хвоя.
— Эти отстали, – Земляков оглянулся. – Ты мотоцикл завалил?
— Обижаешь, начальник. Что же я - и попасть уже не могу? – возмутился Робин.
— Товарищ старший лейтенант, винтовку-то верните, – напомнил Янис. – А то мне как-то неловко.
— Понимаю. Но винтовочку я оставлю, тут без обид, но я с ней получше управлюсь. А тебе – вот, редкий эксклюзивный трофей.
Янис поймал увесистую кобуру – с майора снята, жесткая, длинная, из потертой, но отличной кожи.
Разведчики залегли, переводя дыхание. Янис вынул пистолет – «люгер» с удлиненным, почти карабинным стволом.
— Морской, редкая вещь, – пропыхтел Робин.
— Не морской, артиллерийский же, – с некоторой завистью возразил Земляков.
— Хрен с ней, потом определимся. Какие мысли, толмач?
— Да мысли простые, товарищ начальник. К катеру мы вовремя теперь точно не выйдем. Да и не подойдут наши моряки, наверное, к берегу. Занервничали фрицы. Значит, действуем по запасному варианту.
Ни о каких запасных вариантах Янис раньше не слышал. Собственно, тут понятно, что единственное можно сделать: осторожно, без риска, к фронту пробираться. Серому первым военным летом вполне удалось, задача тяжелая, но возможная. Тем более, форма подходящая, офицеры опытные. Правда, Земляков лоб о лобовое стекло слегка рассадил, очки смял и интеллигентный вид растерял. Но это можно замазать-замотать, бинт и медикаменты есть. Вот с провизией пусто…
Тут Янис осознал, что оба командира смотрят на него, и как-то чересчур внимательно.
— Э, что такое? «Люгер» вернуть?
— Нет, не надо. Ты как сам? Спокоен?
— А мне нужно в истерике биться? – несколько удивился Янис.
— Ну, расслабиться потребуется, – товарищи офицеры переглянулись.
— Значит, выходим? – уточнил Робин у переводчика.
— Ничего более логичного в голову не идет. Фото нужно будет спрятать, иначе пленке копец, потом заберем. А Янис… он не первый, согласовывать эвакуацию определенно уже некогда. Но такой вариант обсуждался. Полагаю, выдержит Янис, разглашать не будет. Собственно, им допуск рано или поздно придется давать…
— Товарищи старшие лейтенанты, может, мне отползти, пока вы окончательно не решили? – сдержанно предположил Янис.
