Впрочем, Елена не могла представить себе ситуацию, когда Григорий куда-то денется и действительно оставит экспедицию на Виктора.
Но зато сам студент тот в её глазах приобретал ещё более привлекательный облик.
Да, Виктор был одной из причин, по которой она так хотела попасть в эту команду.
— Разве мы могли не прийти? — спросила она его, невинно хлопая ресницами.
— Я уже начал сомневаться, — засмеялся Виктор, — забирайтесь в карету. Вы поедете со мной.
Елена едва сдерживала радость. Переглянувшись с Зои, они засмеялись и быстро устроились в одной из двух карет, которые помчали их в небольшой городок между Рихтербергом и Коста-Сиреной.
Всё потому что там прямо сейчас открылся небольшой очаг, хорошо подходящих для их целей.
Этому уже никто не удивлялся. В последние годы тонкая сеть очагов вновь распространилась по всему миру, но сейчас у клана было достаточно опыта, чтобы сдерживать распространение скверны, не нуждаясь в том, чтобы срочно будить Максимилиана — своего главу.
Елена, впрочем, была слишком молода, чтобы всерьёз обо всём этом задумываться. И она знала тоже, что и все.
Да, скорее всего что-то пошло не так, раз эта напасть появилась снова. Но очаги были слабые, и ситуация оставалась под контролем, а потому было принято решение не беспокоить Максимилиана и дать ему отдохнуть те пятьдесят лет, на которые он рассчитывал.
Никто не сомневался в том, что разбудить главу успеют всегда, если ситуация с распространением скверны станет действительно угрожающей.
Но пока клан Рихтеров самостоятельно зачищал очаги и не видел никакого повода бить тревогу.
Вот и команда Елены, как раз должна была закрыть один из очагов.
Только перед этим они хотели провести ряд исследований по тому, как себя ведут разные виды растений в очагах, каким образом они мутируют, какие дополнительные особенности приобретают.
И хотя клан все равно выступал за уничтожение скверны, но тем не менее оказалось, что в клане Рихтер есть достаточно желающих получше её изучить. Так сказать, напоследок.
Елена даже слышала от своих родителей, которые занимали довольно высокое положение в иерархии клана, пусть и в младшей ветке, что даже до них уже доходили слухи, что есть представители совета, которые не требуют моментального закрытия очагов.
Обосновывали это тем, что раз очаги появились вновь второй раз, то нет совершенно никакой гарантии, что от них вообще можно избавиться навсегда. А раз так, то чем больше клан будет о них знать, тем лучше.
Довольно здравая мысль, но не все были уверены, что стоит ей следовать до прямого приказа Максимилиана.
А потому не все брали на себя такие риски. Да, некоторые всё-таки проводили какие-то краткие исследования, но другие сразу уничтожали очаги.
Единого мнения на этот счёт не было, кроме разве что того, что в конечном итоге очищать землю от скверны всё равно необходимо.
Даже в академии не придерживались какой-то одной позиции. И деканы факультетов действовали по своему усмотрению.
И биологи решили, что скверну всё-таки надо изучать.
А потому, экспедиция из семи некромантов, четырёх химеро-коней, двоих кучеров-умертвий и шестерых костяных гончих отправилась в путь.
И это было даже много для зачистки очага альфа-уровня.
Что до исследования, то проводилось оно скорее как обычная полевая студенческая практика.
Каких-то особых надежд в связи с ним никто не питал.
Предполагалось, что они просто высадят саженцы и семена где-нибудь на окраине очага, воздействуют на них артефактами скорого роста, проведут там примерно две недели, чтобы растения успели дать всходы, а затем всё задокументируют, уничтожат очаг и вернутся домой.
Елена рассказывала свою историю медленно и основательно, не жалея подробностей, из чего мы сделали вывод, что события тех дней она помнит очень хорошо.
Некоторые подробности, на первый взгляд казались даже лишними. Но на самом деле я полагал, что любая деталь может быть важна. Ну и, конечно же, стоило понимать, что женщина, которая много лет не жила в социуме и не имела возможности поделиться своими воспоминаниями и переживаниями, либо замкнётся в себе и будет максимально краткой в своём рассказе, либо же напротив, начнёт немного плутать в своих мыслях и воспоминаниях, пытаясь сложить перед нами картинку и ничего не упустить.
И, честно говоря, второй вариант для меня выглядел предпочтительнее. Так что Елену мы не перебивали.
Я хотел узнать всё о том, как именно погиб мой клан. Потому что, как говорил какой-то древний философ, с которым я был согласен: тот, кто не помнит своего прошлого, обречён повторять его снова.
А я не собирался ещё раз позволить кому-то или чему-то разрушить мой клан, который я сейчас возрождал по крупицам.
И я прекрасно понимал, что падение такого большого и отлаженного механизма, как мой род в те времена, не может быть простым делом случая.
Скорее всего свою роль сыграли сразу несколько факторов. И я хотел точно знать о каждом из них.
