У неё была собственная охрана. Целых два адепта, которые тоже едва не выпрыгнули в окно, когда увидели моих жнецов.
Пока я разбирался с ними, чиновница успела перепробовать все способы склонить меня на свою сторону. Она угрожала своим статусом и влиянием, сулила мне золотые горы, а затем просто умоляла меня сжалиться и бессовестно врала, что ничего не знала.
Честно сказать, её вопли даже за одну эту минуту так мне надоели, что я бы прикончил её только за это.
Но в моих глазах она и так была соучастницей всего, что здесь происходило. Так что я отдал жнецу приказ снести ей голову без всяких колебаний.
Наконец, мы вырвались из душной клиники на свежий воздух. Полиция уже почти прибыла, я даже слышал их сирену.
Поэтому до фургона мы уже бежали. Жнецы послушно нырнули внутрь. Туда же уже набились как сельди в бочку и другие зомби, которых я здесь собрал и отправил прямиком в фургон.
Я же сначала лёг на тележку, которую мы заботливо захватили из больницы, и Прохор закатил меня внутрь.
Не слишком удобно, но это один из немногих способов не контактировать с грузовиком, а, значит, не сломать его.
Честно сказать, это было единственное слабое место в моём плане. Если бы бандиты просто швырнули меня в багажник, то даже не знаю, чем бы всё закончилось. Возможно, пришлось бы экстренно искать другую банду, которой можно сдаться.
Прежде чем везти Алину к родителям, нам нужно было избавиться от грузовика. Мы собирались скинуть его где-нибудь в трущобах, а сами пересесть в химеромобиль, который уже поджидал нас в безопасном месте.
К счастью, Прохор был не прав тогда в клубе, когда говорил, что в городе повсюду камеры. До сих пор остались улицы, где не то что камер, а даже фонарей нет. И сейчас нам это было только на руку.
Уже через полчаса, мы ехали домой.
Алина очень хреново себя чувствовала, хотя я вывел из организма все токсины. Она находилась в коме почти две недели.
Прохор с трудом, но сумел её успокоить. Они оба ехали на заднем сидении авто.
— Всё самое страшное уже позади, — говорил ей Калинин, — ты скоро увидишь родителей.
— Только перед этим я немного тебя подлечу, — добавил я.
Не солидно как-то возвращать домой девушку в таком состоянии. Лекарь я или нет, в конце концов?
Да, кажется, я всё сильнее вхожу в роль.
Я поймал мыслеобраз от ящерки. На всякий случай я отправил её вместе с зомби. Увы, в прицепе химеромобиля места хватало только для жнецов, так что остальные трупы уже привычно плелись домой своим ходом.
Некоторые несли при себе отрезанные конечности, а вредная тётка держала под мышкой свою голову.
Не выбрасывать же полезные ресурсы.
Интересно, поместятся ли они все у меня в лаборатории? Кажется, там намечается перенаселение.
— Экстренный выпуск!
Затянутая в строгий костюм ведущая новостей едва не захлёбывалась от восторга.
— Полиция в ходе внезапного рейда ликвидировала подпольную клинику по пересадке органов!
На экране мелькали стражники, много стражников бродили туда сюда создавая видимость кипучей деятельности. Они спорили, тыкали пальцами в сломанную мебель и стены и что-то записывали в свои блокноты.
— Жертвы похищения уже дают показания! — продолжала выкрикивать журналистка.
Из клиники выводили людей, их укутывали в тёплые пледы, усаживали в медицинские фургоны и увозили.
— Есть доказательства причастности к незаконным операциям высших чиновников городской власти! По словам начальника полиции уже открыты десятки уголовных дел.
Размытые кадры с операции, лиц не видно, словно их замазали специально.
Усталый мужчина с роскошными усами обещал, что все факты будут дотошно расследованы, а виновные понесут наказание. Судя по подписи снизу, это был начальник полиции.
Он сообщил, что весь персонал скрылся в неизвестном направлении и теперь объявлен в розыск.
На этих словах я хмыкнул. Ищите ветра в поле!
— Мы уже в новостях! Жесть! Вовремя мы оттуда смотались!
Ольга развернула в мою сторону смартфон и вообще очень эмоционально жестикулировала:
А дальше диктор объявил о каком-то срочном и эксклюзивном включении.
И на экране появилась Катарина Вийон собственной персоной.
Состроив свою самую невинную мордашку, она выглядела одновременно очень растерянной и возмущённой.
— Это всё какая-то ошибка! — горячо убеждала она журналистов, — клан Вийон просто хотят подставить. Или же нас самих обманули… мы никогда не занимались ничем противозаконным! Да и зачем? У нас миллиардный бизнес, репутация… Вийоны всегда служат обществу! Но мы во всём разберёмся, поверьте. Виновные будут наказаны.
Она сверкнула глазами и отключилась.
Вот, оказывается, кому мы наступили на хвост.
Я покатился со смеху. Вот же актриса! Так талантливо сыграть оскорблённую невинность надо уметь. Заодно стало понятно, кому на самом деле принадлежит эта клиника.
Но одно я знал точно. Её последняя фраза была не игрой.
Недостаток магических способностей Катарина заменяла упорством и мстительностью. Так что до меня она обязательно доберётся. Вопрос только в том, когда.
