– Как же я по тебе соскучился! – протиснув лицо через бутоны, поцеловал девушку недоморф.
– Я тебя ждала, – взяла его лицо в ладони Горамник и тут же отдернула руки: – Фу, колючий! Брился?
– Лень постоянно глаза отводить. Пока шерсть не отросла, просто бреюсь. Лицо как лицо становится. Смертные не оглядываются.
– Был медвежонком, стал ежиком, – поцеловала его в нос Анита.
– Какая же ты красивая, любимая…
– Ладно, я подожду, – поняв, что его не замечают, отмахнулся Битали.
– А меня самой миловидной на празднике выкрикнули, – неожиданно сказала Лилиан. – Еще немного, и пришлось бы мне победителей целовать. Хорошо, Снежана уберегла.
– Ничего удивительного, – кивнул юный маг. – Ты очаровательна. Это невозможно не признать.
– А в колледже первых красавиц выбирают?
– Нет, – покачал головой Кро. – Зубрежка с утра до вечера. Там не до красавиц.
– Жаль.
– И мне. Я бы за тебя покричал.
– Чего же мы стоим? – наконец оторвался от своей избранницы недоморф. – Нам завтра на занятия, а до школы еще полстраны!
– Ну, наконец-то, – обрадовался Битали и указал на ближнюю сумку: – Бери!
– О, дружище! – удивился чатия Сенусерт. – Ты тоже здесь?
– Ура, заметил! Мы едем или нет?
Выбравшись на набережную, молодые люди вызвали такси, погрузили багаж.
– В Ла-Фраманс, – скомандовал Битали, садясь вперед. – Речной бульвар, пять.
– Туда-то зачем? – не понял недоморф.
– Так ведь рядом, – откинулся на спинку кресла потомок Темного Лорда. – Всего на минуту завернем. Хочу узнать, как дела у одной знакомой.
– А-а, Франсуаза, – поняла Анита и с улыбкой сжала ладонь своего нареченного. – Заедем, конечно же. У нас же шесть часов в плюсе, не жадничай. Видишь, Битали соскучился.
Юный маг в последний месяц с любимой почти не расставался, однако говорить ничего не стал. Зачем? Ведь это касалось только его и Франсуазы. К тому же он не желал испортить сюрприз.
Речной бульвар тянулся, понятно, вдоль самой реки. Только стояли на нем не дешевые каркасные халупы из пластика и рифленого железа, а дорогие солидные дома, из бруса, бетона и стекла, а то и из кирпича с просторными панорамными стеклами. Вокруг каждого – небольшие скверики с клумбами, несколькими деревьями, а кое-где и с ухоженными прудами. Хотя река была рядом и перед каждым участком имелись мостки, уходящие в сторону русла на полтора-два десятка шагов – но многие смертные предпочитали иметь хоть маленький, но личный водоем.
– Красиво устроились, – признала отличница, выходя из машины вслед за Надодухом. – Мама тоже время от времени желает так же усадьбу обиходить. А потом одни хлопоты, другие… Все и забывается. Наш-то участок не в пример этому… Сотнями километров измеряется. Совочком не перекопаешь.
– Река ваша лучше, – смотрела совсем в другую сторону Лилиан. – Здесь совсем узкая. Ручеек. И вода вонючая. После твоей, Анита, даже прикасаться противно.
Битали же тем временем нажал кнопку звонка возле калитки из тяжелых досок, выкрашенных коричневой масляной краской. Спустя минуту звякнула щеколда. Дверь распахнулась, наружу выскочила рябая девчонка в светлом брючном костюме, порывисто обняла Битали, помахала рукой остальным:
– Привет, Анита! А ты чего такой тощий, Надодух? Полинял на лето, что ли?
– А ты… Кто?
– Ни хрена себе хамство! – охнула девица. – Он меня не узнает! Все, я обиделась. Свободен навеки, знать тебя не хочу! Можешь забыть все мои обещания и забрать все свои клятвы! И свитер мне твой и на хрен не нужен, сам его носи, дундук напыщенный!
– Юлиана?! – хором воскликнули Анита и недоморф. – Что с тобой случилось?
– А чего? Испачкалась, что ли? – оглядела себя девица. – Сильно? Где?
– Где твое… – Алита растопырила пальца и замолчала, не зная, как объяснить.
– Да ладно, подруга, я поняла, – засмеялась Юлиана. – Ладно, давайте, заходите. Я как раз с кофеваркой новой балуюсь. Вот на вас и опробую.
– Да мы на минуту, – указал на такси Битали, уже услышавший все, что хотел. – Нам еще в колледж ехать.
– Гаспар потом отвезет. Зря, что ли, я ему новый кроссовер подарила? – И девушка опять призывно махнула рукой: – Отпускайте машину и пошли! Кстати, сахарный, у меня подарок для тебя лежит. Так что заваливайтесь!
Проведя гостей в просторный холл, Юлиана достала чашки, сунула их в агрегат размером с тумбочку, сказала через плечо:
– Классная хреновина! Засыпаешь кило зерен, а потом только заказываешь. Сам и мелет, сам и кипятит, сам и наливает. Жалко только, на стол приносить не умеет. А Гаспар то на работу бегает, то в машине ковыряется. Никак старый фургончик на помойку не отгонит, хотя в нем через день что-то латать приходится.
– Что с твоей прической, Юлиана? – перебила ее Горамник. – И макияж, кажется, теперь немного другой.
– Ну, я наконец-то поняла, что в колдовство верят только полные кретины, подруга. И что вампиры есть полная хрень и дикарские суеверия. – Девушка поставила перед гостьей чашку горячего ароматного напитка. – А какой из меня, к бесу, гот, если я не верю в заклятия и зомби?
– Никакой, – согласилась Анита. – Спасибо.
