— Лорды и леди Визенгамота, я хочу выступить против этого законопроекта. Я считаю, что он не только повлечет колоссальные траты, но и является совершенно ненужным. Известно ли вам, что лучшей студенткой года является маглорожденная? Если маглорожденный способен стать лучшим студентом в Хогвартсе, очевидно же, что они не настолько беспомощны, — невинно произнес Поттер. — Кроме того, если мы начнем давать маглорожденным дополнительную помощь, чем это сомнительное предприятие может закончиться? Не приведет ли это к тому, что им начнут завышать оценки только потому, что их родители не маги?
Весь Визенгамот вновь начал шуметь. Гарри видел, что многие теперь кричали, что нужно отклонить законопроект, в то время как немногие другие обвиняли его в юношеском максимализме.
— Будущий лорд Поттер, только один маглорожденный был в списке десяти лучших учеников, в то время как чистокровных там шесть, а полукровок трое. Что вы на это скажете? — спросил светловолосый мужчина.
— Мой ответ прост, со мной на одном курсе учатся дочери и сыновья очень могущественных и влиятельных людей. Если вы мне не верите, то позвольте огласить список из десяти лучших студентов Хогвартса. Первая, маглорожденная Гермиона Грейнджер, вторым идет полукровка Терри Бут, третья — Су Ли, дочь китайского посла и мастера заклинаний Чан Ли, четвертый — я, пятая — Падма Патил. Признаюсь, я не очень хорошо ее знаю, но, насколько я в курсе, Патил — древний чистокровный род. Шестая в списке Лиза Турпин, первая дочь лорда Турпина. Седьмая, моя близкая подруга Сьюзен Боунс, племянница леди Боунс. Восьмой, мой лучший друг Драко Малфой, сын Лорда Малфоя. Девятый, мой близкий друг Блейз Забини, сын лорда Забини. Десятый, полукровка Энтони Гольдстейн. Можете ли вы назвать чистокровных, более сильных, чем эти, сэр? Если маглорожденная Гермиона Грейнджер может добиться таких успехов, то, возможно, дело не в том, что маглорожденные обделены магическими способностями, а в том, что они просто слишком ленивы, чтобы их развивать. Это относится и к маглорожденным, и к полукровкам, и к чистокровным, и это не дает основания оказывать маглорожденным особую помощь, — ответил Гарри.
Закончив свое выступление, Поттер сел, улыбаясь, на свое место. Когда он взглянул на Дамблдора, он улыбнулся еще шире, увидев разочарование на лице старика. После встали еще несколько членов Визенгамота и поддержали слова Гарри, и у Дамблдора не осталось иного выхода, кроме как начать голосование.
Окончательное голосование по поводу законопроекта завершилось в соотношении 130:158. Дамблдор объявил, что законопроект отклонен, Поттер усмехнулся и пожал руку Люциусу.
— По крайней мере, нам хоть в чем-то сегодня повезло, — Гарри все еще чувствовал разочарование по поводу своего дела.
Малфой-старший просто кивнул, и они направились к центру зала Визенгамота, откуда мальчик вместе с Дамблдором должен был вернуться в Хогвартс. По пути журналисты приставали к ним с вопросами. Самый распространенный был о том, не высказался ли он против законопроекта Дамблдора лишь потому, что директор выиграл дело Гарри. Поттер отрицал это и больше ни на какие вопросы не отвечал.
Когда они дошли до центра зала Визенгамота, Гарри ухмыльнулся, увидев покрасневшего Макмиллана, который беседовал с директором. Мистер Малфой просто подвел Гарри туда, где стоял директор и сказал:
— Директор, я думал, вы хотите отбыть в шесть, а сейчас уже десять минут седьмого.
— Спасибо, Люциус. Гарри, ты готов вернуться в Хогвартс? — спросил Дамблдор без малейшего гнева в голосе.
Казалось, что директора совсем не беспокоит тот факт, что его законопроект был отвергнут, что очень беспокоило юного Поттера. Мальчик сузил глаза и, копируя директора, произнес:
— Да.
Гнев Гарри привел к тому, что часть слова он произнес как обычно, а часть на парселтанге.
Глаза директора расширились всего на долю секунды, прежде чем он сказал:
— Очень хорошо, я поговорю с вами позже, лорд Макмиллан. Всего хорошего, Люциус.
— Директор, — кивнул Малфой-старший.
— Лорд Дамблдор, — произнес лорд Макмиллан.
Дамблдор достал большое красное перо и протянул его Поттеру. Затем директор взял свою палочку и произнес:
— Хогвартс.
Портал незамедлительно активировался, и спустя мгновение они вдвоем стояли внутри замка, возле главного входа.
— Теперь, я полагаю, мы должны добраться до Большого зала, чтобы поужинать, — весело произнес директор.
— Думаю, что пойду в гостиную Слизерина. Анди может принести мне мой ужин туда, — произнес Гарри, прежде чем развернуться и направиться в подземелья.
— Гарри, не возражаешь, если я пройдусь с тобой? — спросил Дамблдор.
Поттер повернулся и уставился на директора.
— Это ваша школа, — неохотно ответил он.
Дамблдор улыбнулся, и они вдвоем направились в сторону подземелий. Спустя пару минут тишины, директор сказал:
— Гарри, мне кажется, что ты расстроен из-за того, что проиграл дело.
Поттер закатил глаза.
