Когда она прочла, что Гарри привел в качестве аргумента в пример одну маглорожденную среди лучших студентов, МакГонагалл отбросила газету в сторону. «Сыновья и дочери могущественных людей! Я не могу в это поверить! Если бы Лили и Джеймс видели это, они бы кричали и возмущались. Не верю. О чем думал Поттер? Как он мог так просто сказать, что причина в том, что маглорожденные просто ленивы? Он же не верит в это по-настоящему? „Пророк“ прав, это просто месть Альбусу. Как Гарри может быть настолько дьявольски мелочным? Альбус не сделал ничего плохого, он все еще заслуживает место его опекуна, но разве нужно было наказывать каждого будущего маглорожденного студента, чтобы отомстить ему?»
Чувствуя, как шкала презрения, раньше просто невозможная для Минервы, растет, она посмотрела на мальчика, когда тот вошел в Большой зал и занял свое место за столом Слизерина. Смех одного из профессоров тут же привлек ее внимание.
— Я не понимаю, что может быть смешного, Аврора, — рявкнула Минерва.
— О... ничего такого, Минерва. Я только наслаждаюсь статьей, — усмехнулась профессор Синистра.
МакГонагалл все оставшееся время завтрака провела в ярости. Как она не смогла разглядеть такого мстительного человека в одном из своих любимчиков, было за пределами ее понимания.
Первая пара занятий немного успокоила ее гнев. Четверокурсники Гриффиндора и Пуффендуя решили ничего не делать, а узнать о Тайной комнате. Хотя ее проблемы на этом не закончились. До звонка осталось буквально три минуты, когда близнецы Уизли успели наполовину превратить Кеннета Таулера в канарейку, и ей пришлось разбираться с близнецами и с их трансфигурированным творением. Минерва подозревала, что Уизли просто подсунули ему что-то, и он это проглотил. Близнецы были известны своими проделками с помощью еды. Вздохнув, она отпустила класс и отлевитировала мистера Таулера в лазарет.
— Поппи, ты здесь? — крикнула она.
— Да, Минерва, чем я могу... о, дорогой Мерлин, что с мистером Таулером? — удивленно спросила Поппи.
— Думаю, что Уизли дали ему что-то съесть. Как они умудряются делать это, пока я не вижу? — МакГонагалл потерла виски.
— Ты в порядке, Минерва? — спросила мадам Помфри. — Ты выглядишь изможденной.
— Я в порядке. Просто немного болит голова, Поппи.
— Тогда положи мистера Таулера на кровать, а я сейчас принесу тебе зелье.
— Благодарю, — вздохнула Минерва и опустила Кеннета на больничную койку.
— Вот возьми. Сколько еще занятий у тебя сегодня? — Помфри протянула Минерве склянку с зельем.
— Только одно и слава Мерлину, хотя я бы с радостью отказалась.
— Почему?
— Второй год. Слизеринцы и гриффиндорцы, — Минерва, поморщившись, выпила зелье.
— А, я так понимаю, ты не рада увидеть мистера Поттера?
— У тебя всегда была хорошо развита интуиция, Поппи. Да, я не хочу видеть Поттера. Я просто не могу поверить, что он мстит Альбусу ценой благополучия всех будущих маглорожденных студентов в магическом мире.
— Я согласна с тобой, это было чрезмерно, но я думаю... — Помфри не закончила фразу, так как колокол прозвенел во второй раз, что свидетельствовало о начале занятий.
— Я должна идти, Поппи. Лучший рецепт катастрофы — это оставить гриффиндорцев и слизеринцев без присмотра, — и МакГонагалл, сказав это, быстро покинула лазарет.
С помощью серий секретных проходов, известных лишь учителям, Минерве удалось добраться до кабинета очень быстро. Когда она приблизилась к двери, то четко услышала громкие голоса Рона Уизли и Драко Малфоя.
— Я очень сомневаюсь, Уизли, и если бы не знал точно, то не говорил бы. Грязнокровки уйдут первыми, а потом предатели крови, — сказал Малфой.
Минерва почувствовала, что ее кровь начала закипать. Она всегда ненавидела эти чистокровные идеалы.
— Мистер Малфой, вы сегодня наказаны и двадцать баллов со Слизерина! — произнесла она сердито.
— Сегодня, класс, мы начнем лекцию о превращении кроликов в тапочки. Кто может мне рассказать базовую теорию? — МакГонагалл окинула взглядом студентов. Как и ожидалось Гермиона Грейнджер, Драко Малфой и Блейз Забини подняли руку. Минерва сразу же поняла в прошлом году, что после мистера Поттера, эти трое лучшие в трансфигурации. Однако две другие руки присоединились к этой тройке студентов несколько секунд спустя. МакГонагалл посмотрела на Невилла Долгопупса и Парвати Патил, прежде чем сказать:
— Мистер Долгопупс?
— Мэм, для того, чтобы завершить трансфигурацию необходимо знать пять правил Леше о преобразованиях млекопитающих...
Минерва только прислушивалась к мальчику. Ее взгляд был направлен на юного Гарри Поттера. Он и его друг, мистер Малфой, освободили свои обычные места и заняли другие, в конце класса. Как обычно, мальчик, казалось, был полностью поглощен своим учебником, но что-то на мгновение насторожило МакГонагалл. Гарри слишком далеко ушел от программы своего курса, чтобы найти что-то интересное в этом учебнике. Решив, что сегодня именно тот день, чтобы узнать, что читает Поттер, она произнесла:
— Мистер Поттер, вы согласны с мнением мистера Долгопупса?
