— Что бы про нас ни говорили, но мы не стремились к уничтожению всего живого, — Григорий сел в другое кресло и задумался. — У мага нет шанса против Тёмного в честной дуэли. Хотя бы потому, что резерв источника даже у архимага конечный, в отличие от резерва Тёмного, даже самого слабого.
— Вообще-то это не я вызвал этого придурка, и теперь меня заставляют принять вызов, — я отнял руки от лица, уже прямо посмотрев на Лазарева.
— Это ничего не меняет. — Покачал головой Григорий. — Тебе нельзя драться на обычной магической дуэли, если ты не хочешь прокричать на всех углах о том, что ты Тёмный. Как по мне, я был бы только «за», но ты ещё не готов к тому, чтобы противостоять толпе, мечтающей тебя растерзать. Хотя, есть одна лазейка, позволяющая не привлекать к твоей персоне слишком пристальное внимание. Ещё при моем отце была внесена поправка в дуэльный кодекс: чтобы у соперников Тёмных появилась хоть тень шанса, дуэль можно было проводить, но только классическую.
— Это как? — я сел прямо и сложил руки на коленях, приготовившись внимать мудрости предков.
— Вторая полка, третий ряд снизу, пятая книга. Описание классической дуэли на сто пятнадцатой странице. — Равнодушно ответил Григорий.
Я выхватил указанную книгу, показав просто небывалую тягу к знаниям. Открыв её на нужной странице, приступил к чтению. Когда я всё прочитал, то долго стоял, глядя в одну точку.
— И где я возьму дуэльные пистолеты? — медленно повернулся к Григорию, внимательно глядя на него. — И что, это вообще такое — дуэльные пистолеты?
— Здесь такой пары точно нет, — в очередной раз пожал плечами Лазарев. — Я тебе посоветовал, как не превратить банальную дуэль в убийство, и продолжить мимикрировать до лучших времен, а остальное — твои проблемы. Но, если ты прочитаешь правила принятия вызова на сто тринадцатой странице, то узнаешь, что обеспечить дерущихся заявленным оружием обязана вызывающая сторона. И тут без вариантов. Так что, тебя не должно волновать, где именно этот Полянский возьмёт оружие, которое уже в мои времена считалось слегка устаревшим.
Я тут же уткнулся в книгу, впитывая всё, что там было написано, как губка. Ещё ни разу с таким упоением я не читал ни одного текста. Мне даже заучивать ничего не пришлось. Слова словно выжигались в моей памяти. Прочитав всё, что было необходимо, я любовно погладил кодекс по кожаной обложке.
— Я так понимаю, что пока ты не выяснишь отношения со своим оппонентом, тебя можно в лаборатории не ждать? — Лазарев продолжал сидеть в своём кресле, больше похожим на трон.
Я только кивнул. Спохватившись, попрощался с Григорием и побежал обратно на свой факультет. Сделал я это очень вовремя: в коридоре, ведущем в наше общежитие, меня уже ждали.
Яков Абрамов и Евгений Смирнов стояли невдалеке от дверей, ведущих в гостиную Первого факультета, и неуверенно переглядывались. Стучаться они не решились, поэтому просто переминались с ноги на ногу, явно кого-то ожидая.
Я молча прошёл мимо них, но, когда открыл дверь, парни опомнились и подбежали ко мне. Ясно, ждали они именно меня. Молодцы, упорные.
— Дэн попросил нас быть секундантами. Мы пришли узнать место, время и условия поединка, — немного запинаясь, но от этого не менее пафосно, проговорил Яков.
В это время дверь распахнулась, и на пороге появились Лео с Романом.
— Мы секунданты Наумова. Вы должны общаться с ним через нас, а не напрямую, — протянул Гаранин. Интересно, а когда это я успел их попросить быть моими секундантами? Дверь открылась ещё шире, и на порог вальяжно вышел Гвэйн, демонстративно потягиваясь.
— Через четыре дня, в субботу, — я почувствовал, что побледнел. Стиснув зубы, чтобы они не стучали, продолжил, цитируя то, что вычитал в книге. — За воротами школы в семь утра. Никакой магии, оружие… — тут я сделал театральную паузу, а затем продолжил. — Дуэльные пистолеты. Стреляемся с семи метров.
Выпалив всё это, я заметил, как Гвэйн одобрительно кивнул головой. Я скоро с этой псиной свихнусь. Такое чувство, что он сам побывал на десятке дуэлей и теперь проверяет, правильно ли я всё делаю. Оставив секундантов обоих сторон стоять с приоткрытыми ртами, я прошмыгнул между Гараниным и Демидовым и бегом побежал к своей спальне. Уже возле лестницы меня настиг удивленный Ромкин голос:
— Где мы эти чертовы пистолеты достанем?
— Это не мои проблемы, — я, как Гриша совсем недавно, пожал плечами. — И да, оружие должна предоставить вызывающая сторона! — проорал я в сторону двери и уже окончательно отвернулся от неё, начав своё восхождение наверх.
Но тут меня отвлёк Гвэйн. Оборотень обошёл застывших в ступоре секундантов обеих сторон и подошёл к тумбочке, на которую студенты складывали письма, чтобы их утром отослали адресатам. Посмотрев на меня взглядом мученика, он протиснул лапу в небольшую щель между тумбочкой и стеной, слегка сдвинув при этом мебель, и вытащил конверт.
