— Это что? — он взял газету и недоуменно повертел её в руках, переводя на меня удивленный взгляд.
— Это мой гороскоп на завтра. Вот, прочитай. Видишь, тут написано: «Напряжённый, непростой день. В атмосфере суеты и спешки вы чувствуете себя не слишком комфортно, часто поддаётесь негативным эмоциям. Трудно сосредоточиться на делах. Многие представители знака совершают промахи из-за невнимательности. Вы чаще обычного допускаете оплошности, которые могут заставить окружающих усомниться в вашем хорошем вкусе. Возможны финансовые потери, напрасные расходы. Нежелательно заключать крупные сделки, покупать дорогие вещи. Далёкие поездки лучше отложить или, по крайней мере, перенести на вечер».
— И что?
— Видишь, как всё плохо для меня завтра.
— Тут только сказано, что ты не должен покупать дорогую машину и ехать заграницу, — Демидов начинал понемногу звереть.
— Ты что, не видишь! Тут же написано, что я завтра не сдам экзамен. Вот смотри, — и я начал заново зачитывать этот проклятый гороскоп: — Финансовые потери — это дополнительный год обучения. Невнимательность, негативизм — как ещё можно было написать про заваленный экзамен! Ну почему я такой тупой?
Лео минуту молчал, уставившись на меня не мигая, потом глубоко вдохнул, выдохнул и спросил:
— Скажи, ты что, всерьёз веришь гороскопам?
— Нет. Но я прямо чувствую, что этот гороскоп завтра сбудется, — заявил я решительно.
— Ну да. Точно, именно так. Иди, ложись спать, завтра мельком повтори то, что читал, если в себе не уверен. Краткосрочная память в период стресса всегда включается на максимум. — Процедил Лео сквозь стиснутые зубы.
— Какой мельком? Я даже не всё прочитал! — взвыл я.
— Всё ты завтра сдашь! — твердо сказал Лео.
— Какой из меня маг, если я не могу сдать историю? — задал я очень логичный, по собственному мнению, вопрос.
— Ты её ещё не сдавал!
— И не сдам, — подытожил я. Демидов только выругался сквозь зубы и, развернувшись, пошёл к себе в кровать.
— Если сдашь — убью. — Сообщил он мне напоследок, схватив книгу и утыкаясь в неё.
И тут я понял, что мне пора идти в свою комнату, пока меня не начали убивать прямо сейчас. И почему он не понимает столь очевидных вещей?
Как только моя голова коснулась подушки, меня словно пыльным мешком по голове ударили. Я практически сразу отключился. Мне снились очень странные сны, где я в форме Кутузова, руковожу строительством Панамского канала, на берегу которого китайцы выращивают рис. А закадровый голос рассказывает про особенности земледелия древнего Китая.
А утром я проспал. Меня разбуди Гвэйн, стукнув пару раз лапой по голове. Посмотрев на часы, я подскочил, наспех умылся, оделся и ринулся в аудиторию, где проходил экзамен, даже забыв про панику и гороскоп.
Ворвавшись уже под конец экзамена в кабинет, я, не говоря ни слова, подбежал к преподавательскому столу. Экзамен принимал тот самый преподаватель, который и вёл у нас занятия.
— Извините меня за опоздание, — прокричал я.
— Вы что кричите, Дмитрий Александрович? — поднял на меня глаза преподаватель. — Садитесь и берите билет.
— Что прямо вот так сразу без подготовки?
— Конечно. Сейчас вот Полянский завершит ответ на свой последний вопрос, хотя я не сомневаюсь, что он будет так же восхитительно хорош, как и ответы на предыдущие, поэтому я поставлю «отлично» и без ответа на этот последний вопрос.
— Спасибо, — вежливо ответил Дениска и, глядя на меня, усмехнулся, начиная вставать со стула.
— Это вам спасибо, за такие знания, — улыбнулся экзаменатор и обратился ко мне. — Присаживайтесь, Дмитрий. Берите билет.
Я дрожащей рукой вытащил карточку. Номер тринадцать. Как мило. В билете оказалось четыре вопроса. Нужно ли говорить, что я понятия не имею о последних двух? Так, первый вопрос я вроде знаю: «Мифы второй мировой войны до создания Империи». Хм, второй: «В чём, по вашему мнению проблемы политики Савелия Мудрова», я не знал ничего, кроме того, что проблема политики Мудрова заключалась в самом Мудрове, возглавлявшим правительство республики сразу после падения Империи. Третьим вопросом был: «Моральные выводы древних сказок на примере сказки 'Красавица и чудовище». Сказок я знаю много, но вот именно в этой я не нахожу никаких моральных выводов. А про вопрос: «Развал тоталитарного строя Тёмной Империи» я мог сказать только, что нужно было меньше Хмырям всяким помогать, да животных в лабораториях отстреливать, может и подольше продержались бы. И если бы Лазаревы над людьми опытов меньше ставили, то их точно не пытались бы убить с особой жестокостью. Хотя животных тоже жалко.
В целом, не так уж и страшно.
— Ну что, Дмитрий Александрович, отвечайте, — улыбнулся мне преподаватель, и я начал отвечать. Главное ведь произвести впечатление с самого начала, а там может до истории моей Семейки дело и не дойдёт.
