Похоже, у меня в очередной раз произошло спонтанная активация ментальной магии. Так как разума у быка было не слишком много, то меня чуть не выбросило в пустоту, из которой, я мог бы и не выбраться. Я только глубоко вздохнул и посмотрел на флегматичного быка. Гаврюша даже не понял, что кто-то пытался проникнуть в его голову.
— Да ничем, — Егор явно смутился, стаскивая с себя бабкин халат. — Так, подсказал кое-что. Вымя у Мурки воспалилось, и я…
— Не продолжай больше. Я всё понял. Ты делился своим деревенским опытом в лечении коров с бабкой Верой. Ты совсем с ума сошёл? — прошипел я. — У нас здесь непонятная бабка Ритка, которая совсем не бабка, со своим Беором мочит людей направо и налево. Какие-то непонятные лесорубы, пропавшие дети, в конце концов! А ты крутишь хвосты коровам!
— Дима, успокойся. — На лице Егора сыграли желваки, он стянул с головы нелепую косынку, отвернулся и пошёл к выходу.
Из сарая Вера ушла первая, оставив нас разбираться наедине. Ванды тоже нигде не было видно. Я, потерев лоб, поплёлся за другом. Уже на выходе Егор повернулся и бросил что-то в меня. Рефлекторно поймав брошенную вещь, я увидел, что это тот самый серебряный браслет с волками.
— Егор, ну, Егор, — я догнал Дубова, схватил его за рукав и развернул в свою сторону, — ну, прости меня. Я же придурок, ты же знаешь это.
— Да я не обиделся, — пожал плечами Егор, не глядя на меня.
— Я тебе не верю.
— Да как вам будет угодно. — Егор, наконец посмотрел на меня, покачал головой, и его нахмуренный лоб слегка разгладился. — Сваливать надо. Вера сказала, что не знает, когда Ритка вернётся и куда ушла, но обещала ей про нас не рассказывать.
— Ну, раз надо валить, валим! — мимо нас пронеслась Ванда и скрылась за поворотом. Мы удивлённо проводили её взглядом и почувствовали за спиной угрозу, и только потом услышали за спиной топот. Обернувшись, мы увидели разъярённого быка, вылетевшего из стайки. Гаврюша остановился, посмотрел на нас совсем недобрым взглядом, в котором уже не было той засасывающей пустоты. Наклонив голову, выставив рога, он грозно стукнул по земле передней ногой и утробно заревел.
— Всё-таки погладила, — задумчиво проговорил Егор.
— В сторону! — заорала Вера, увидевшая вырвавшегося быка. Услышав голос хозяйки, Гаврюша резко развернулся и понёсся прочь в сторону леса, уверенно перепрыгнув через ограду. Бабка, несмотря на свои почти сто лет, неслась следом за ним не отставая.
Мы переглянулись и спокойно пошли к входу в дом. Следом за мной летел светляк, которого я так и не загасил, освещая дорогу.
Посмотрев на яркую луну, я решил, что света хватает, и погасил светляка. Сделал я это удивительно вовремя. Потому что, как только светляк исчез, скрипнула калитка.
В который раз за эту ночь мы залегли под каким-то кустом, наблюдая за происходящим из засады. Как оказалось, Ванда не убежала, а спряталась там же. Вошедшая во двор Рита остановилась на крыльце, задумчиво глядя в нашу сторону. Наконец, она покачала головой.
— Показалось, — ведьма вошла в дом, а мы поползли к забору, стараясь сильно не высовываться.
Внезапно Ванда остановилась и прислушалась.
— Ребята, мне кажется, что там кто-то плачет, — прошептала она, указывая на дверь, ведущую в землянку, или как-то место называется, которое как подвал, но только на улице?
Мы подползли поближе и прислушались. Точно, откуда-то снизу раздавались всхлипывания. Я прислушался ещё внимательнее.
— Их здесь трое, — прошептал я.
— Ну вот, дети и нашлись, — Егор потрогал здоровенный висячий замок. — Нам его не снять незаметно. А будем пытаться, ведьма заметит. Поползли в таверну. Скажем, что дети здесь в погребе сидят, — вот, значит, как эта штука называется. — А потом подумаем, что это за браслет, и связан ли он хоть как-то с Беором. Ну, это если ведьма сумеет сбежать от разъярённых родителей.
В его словах было зерно истины. Мы с Вандой синхронно кивнули и продолжили прерванный путь к забору. Нам удалось незаметно выскользнуть с вражеской территории. За забором мы вскочили на ноги и бросились в таверну, надеясь встретить там Державина. С каждой секундой эта ситуация нравилась мне всё меньше и меньше.
До трактира мы добежали быстро. Почти все окна трёхэтажного здания светились мягким электрическим светом. Я ворвался внутрь первым и застыл на пороге. Сзади на меня налетела Ванда, в которую, в свою очередь, врезался Егор. Под их напором я сделал несколько шагов вперёд и остановился. В таверне стояла непривычная тишина, нарушаемая только попискиванием зажатой с двух сторон Ванды.
Державина я заметил сразу. Он сидел за ближайшим к двери столом и спал, уронив голову на скрещённые руки, лежащие на столе. Рядом с ним примостилась и сопела Дарья, которую какая-то добрая душа, несмотря на старания Ванды, выпустила из подвала. Лесорубы, хозяин таверны, тётушка Нюра — все сидели, лежали, стояли, прислонившись к стене, и спали странным нездоровым сном.
