— У него глаза обычные, — устало проговорил Егор и широко зевнул, едва не вывихнув челюсть. — Пойдёмте уже, что ли. Хоть ведьма и кончилась, но вдруг придётся жителей будить? Ещё с её любовничком надо что-то делать. А то, если местные проснутся, то по доброте душевной выпустят его. И надейся потом, что он обычный мужик, а не ведьмак.
— Решено. Мы никого не будим, а сами заваливаемся в кроватки, — Ванда поднялась. — Я буду спать неделю, не меньше. И пускай делегация во главе с директором Троицким думает, что мы совершенно не причастны ко всему этому. Спать, я уверена, мы будем крепче, чем жители этой поганой деревеньки. Ой, — она нагнулась и вытащила из травы топор. — Надо же, я его, пожалуй, домой заберу.
После этого я не выдержал и захохотал, упав на спину.
— Дима, хватит ржать, — услышав эти слова, я закатился с новой силой. — Сюда кто-то идёт, — я с трудом заставил себя успокоиться и подняться с земли. Похоже, будить никого не пришлось. Ну, что же, будем надеяться, что к нам не с вилами идут, а то вряд ли мы сейчас сумеем от них убежать.
В нашу сторону быстрым шагом шли два человека, в одном из которых я узнал своего крёстного.
Троицкий, увидев нас, прибавил шаг. Его сопровождающий, которым оказался Александр Николаевич Державин, едва за ним успевал. Ну вот, ни поспать, ни отмазаться теперь точно не получится.
— С вами всё в порядке? — в голосе Славы звучало беспокойство. Ну ещё бы, он наверняка такого точно не ожидал. Скорее всего, для меня была выбрана самая спокойная и скучная практика в самой скучной деревне России, в которой вообще ничего никогда не происходит.
— Почти, — я протёр закрывающиеся глаза. — Спать охота, просто жутко. А Вишневецкая с Дубовым, похоже, полностью резерв опустошили.
И тут Троицкий увидел круг среди погибшей травы, словно очерченный по циркулю. Надо же, а ведь мы из леса практически выскочили, когда от Беора удирали. И не на полянке нас Тёмный остановил, а на кромке леса.
Слава удивлённо приподнял брови и побежал к этому кругу. Державин, продолжавший изображать из себя верную собачку, последовал за ним. Тоже, естественно, бегом. Крёстный присел рядом с кругом и задумчиво принялся его изучать. Он даже протянул руку и после недолгого раздумья потрогал замёрзшие листья.
— Что здесь произошло? — спросил он у нас, когда мы неспешно подошли поближе.
— Как вам сказать, Вячеслав Викторович, — я принялся разглядывать свои ладони, — это долгая история.
— А я никуда не тороплюсь. Я собственно приехал сюда, чтобы выяснить все подробности и выслушать все долгие истории, — Слава поднялся и пристально посмотрел на меня.
— Там в лесу стоял алтарь, который мы разрушили. Возможно, это случайно произошло, но, может, и нет. В общем, мы случайно выронили топор, и он пробил центр камня. Там же тело ведьмы, которая всю эту кашу заварила. Правда, она была в плаще, а плащ потом куда-то делся. А ещё в доме бабы Веры дети пропавшие, она с ними хотела что-то непотребное сотворить. Но не успела по техническим причинам, так сказать. Гаврюша жив, дети живы, Беор с ведьмой нет. Вот и весь сказ. Можно, мы уже пойдём спать? — даже я почувствовал, как в голосе появились просящие нотки. — А потом мы вам всё подробно расскажем.
— Вы мне не только всё расскажете, вы ещё и всё подробно опишите, — судя по выражению лица крёстного, он пытался хоть как-то соединить воедино те куски информации, которые я на него выплеснул. Мозаика складываться не желала, и он махнул рукой, собираясь нас отпустить, но в последнюю минуту передумал. — Вот только, что произошло именно здесь? — он указал на мёртвую траву.
— Здесь был Тёмный, — я сунул руки в карманы и поёжился. — Он нас сначала в лесу спас, прикрыв от осколков алтаря, а потом уже вот… Но я совершенно ничего не понял из того, что этот мужик делал. И лица мы его не видели, он был в плаще с глубоким капюшоном. В котором до этого ведьма была. Точно. А я всё гадал, откуда на незнакомом мужике такой знакомый плащ.
— И откуда вы тогда знаете, что это был именно мужик? — Встрял в наш диалог Державин.
— Ну, как вам сказать, — протянул я. — Во-первых, женщин Тёмных не бывает, и это знают абсолютно все, а этот мужик явно был Тёмным. А во-вторых, ему плащ был короткий, и я прекрасно рассмотрел ноги. Могу поспорить с кем угодно, такие волосатые и жилистые ноги у женщин бывают ещё реже. К тому же плащ висел, а не… ну… — И я на себе руками показал, где у женщины плащ не должен был висеть. Троицкий некоторое время разглядывал меня, а затем махнул рукой.
— Ладно, идите спать. Я всё же надеюсь, Дмитрий Александрович, что после того, как вы отдохнёте, ваше повествование станет более логичным и связным. Александр Николаевич, я прошу вас сопроводить этих молодых людей туда, где у них есть на чём спать. А я пока здесь всё осмотрю.
Дважды мы просить себя не заставили и довольно бодро поковыляли за Державиным. Пройдя около десятка метров, я резко остановился.
— Я надеюсь, вы не выпустили того мужика из подвала?
— Какого мужика? Из какого подвала? — удивился Державин, замедляя шаг.
