Я как-то не принял к сведению тот факт, что Исильдур, взявший кольцо как трофей, умрет и Единое будет потеряно... и в итоге кем-то найдено. Почти две тысячи лет кольцо ищет хозяина. Ими являемся мы с Гортхауром, но в первую очередь, владелец все же Саурон. Кольцо позволяет собой пользоваться, но лишь с целью вернуться к Саурону. Мои сигнальные чары, не должны были сработать на носителе Единого, кольцо выдало мне это существо, правильно посчитав, что у меня больше шансов вернуть его владельцу. Знать бы только где он. Подумав, я надел кольцо на указательный палец, левой руки. Хм. Пока ничего — ни погружения на призрачный уровень, ни Голоса... Камень в моем Родовом перстне вспыхнул зеленым. М-м? А, понятно. Он блокирует связь Единого с моим разумом и ограничивает его тлетворное воздействие. Приятно знать, что о тебе заботятся. Я снял кольцо и положил его в карман пиджачка, этого странного существа. Раз уж кольцо стремится мне навредить, то пусть само возвращается к хозяину. Я обратился к существу, больше всего, напоминающему гибрид эльфа и гномa: — Это кольцо, которое ты нашел, имеет владельца и я его знаю. Я помогал ему создавать его. Этот светящийся рисунок, который ты видел, нанес на кольцо именно я. Однако, — Я насмешливо посмотрел на человечка, прекрасно читая его эмоции по глазам, — оно проклято. Так и быть, в благодарность за информацию о его обнаружении, я верну его тебе и не убью тебя. — О. Как у него глаза расширились, а побледнел-то как! — Даже верну Стинг. Он кстати, тоже мною сделан. Лежит боится. Прекрасно. Это существо... перианнат, я слышал о них, они обитают на северо-западе Средиземья. Откуда он кольцо, вообще взял? Ладно, взгляну в глаза и узнаю. Легиллименс. Мдя, ну и тварь, не думаю что Оно всегда таким было. Раз Стинг на него не сработал, значит не из рода чернокровых. Оно мужчина? Прелесть? Ага, просто “прелесть” какая гадость. Видно, давно этой твари кольцо на мозги капало. Однако, заметив другое существо, что не собирается торчать в Мглистых горах всю жизнь, кольцо покинуло этого... Голлума. А теперь предало хоббита, встретив меня. Кольцо не знает куда идти? Похоже на то, видимо Гортхаур еще слишком слаб, чтобы призвать его. Обливейт... Мда-с. Хорошо что память ему подчистил, этот Бильбо Бэггинс, вообще в поход поперся по указке Гендальфа. И гномов в поход, тоже Истари позвал. Ключ от тайной двери, именно у него и оказался. Истари хочет убить дракона? А силенок-то хватит? Или он на гномов надеется? Впрочем, Валар могли и натолкнуть его на мысли, что мы ждем не дождемся, когда ящер из-под горы вылезет, чтобы его заклятыми стрелами напичкать. Они вроде Все и обо Всех знают, в какой-то степени. Иначе я не могу понять причины, почему Истари бросил гномов на границе леса. Знал наверное, что мы гномов не убьем просто так, пока всю информацию из них не вытрясем, а потом еще и используем их. Так, хоббит придет в себя на кухне и подумает, что встретив меня, от вида моей рожи, в обморок рухнул. От разрыва шаблона не иначе, он же вроде нами восхищается, как и большинство смертных, а тут ТАКИЕ Раны. Сойдет. Чую я, что подбрасывать отмычку гномам смысла не имеет...
Я стоял у подножия трона Трандуила. Тот попросил меня в очередной раз спеть. Причем спеть громко, что бы даже гномы в казематах услышали. Недолго думая, я использовав Сонорус, запел:
Волшебники-гномы! В минувшие дни
Искусно металлы ковали они;
Сапфиры, алмазы, рубины, топазы
Хранили они и гранили они.
На эльфа-соседа, царя, богача
Трудились они, молотками стуча;
И солнечным бликом в усердье великом
Украсить могли рукоятку меча.
На звонкие цепи, не толще струны,
Нанизывать звезды могли с вышины;
В свои ожерелья в порыве веселья
Вплетали лучи бледноликой луны.
А пели они, как твои короли
И звонкие арфы себе завели;
Протяжно и ново для уха людского
Звучало их пенье в глубинах земли
Шумели деревья на склоне крутом,
И ветры стонали во мраке ночном;
Багровое пламя взвилось над горами —
И вспыхнули сосны смолистым огнем.
Тогда колокольный послышался звон,
Разверзлась земля, почернел небосклон.
Где было жилище — теперь пепелище:
Не ведал пощады свирепый дракон.
И гномы боясь наказанья с небес,
Уже не надеясь на силу чудес,
Укрылись в богатых подземных палатах —
И след их сокровищ навеки исчез...
