А потом пойду воевать с армией Костяного Скульптора в мёртвом мире.
Я медленно встряхнулся, возвращаясь к реальности.
Голоса снова обрели чёткость, будто я вынырнул из-под воды.
— … просто застыл, — говорила Ариэль деду, её голос дрожал от беспокойства.
— Перегрузка? — предположил дед, хмуро разглядывая меня.
— Он пытался докричаться до Тёмной, — покачала головой Лекса.
Аня стояла рядом с ними, крепко сжимая кулаки. В её глазах читался страх — она жопой чуяла, что что-то изменилось. Но не могла понять, что.
— Общий сбор, — мой голос прозвучал глухо и незнакомо даже для меня самого, прерывая их догадки. — На плацу. Немедленно. Я всё объясню, всем сразу.
Тишина, которая последовала за моими словами, была оглушительной. Все поняли — праздник закончился.
ㅤ
Десять минут спустя я стоял на плацу перед строем. Четыреста двадцать шесть инферн. Они телепортировались на плац кто в чём был: в тренировочных штанах, пижамах, кто-то кутался в одеяло. Их встревоженные, а у кого-то наоборот заспанные лица были обращены ко мне в мягком свете, струящемся от ротонды под высоким сводом купола.
Они ждали приказа, готовые к бою. А я собрал их, чтобы проститься.
Аня и Ариэль стояли в стороне, взявшись за руки. Дед молча наблюдал, стоя рядом с лестницей. Лекса, Могрим, Ратмир, Лиана, даже Ри. За десять минут собрались вообще все, кто был в казарме или усадьбе. Не хватало только Володи с Нагой — те, похоже, перебрались во дворец или ещё куда. Им потом Аня всё объяснит, мне будет не до того.
Все молчали, ждали когда заговорю я. Понимали: что-то кардинально изменилось.
Я поднял над головой кварцевую пластину. В мягком свете ротонды она казалась обычной стекляшкой, не зная — и не подумаешь, что в ней заключена мелодия целого мира.
— Вот это — ключ от прохода в ваш мир, в мир Инферно, — сказал я, и мой голос разнёсся под сводами. — Ещё не опробован, но он сработает. Вы можете вернуться домой хоть прямо сейчас.
Потому что если не сработает, то не сработает и другой, от мёртвого мира. Который ещё только предстоит создать. А если сработает… то и тот другой тоже должен. Всё просто. Или я попаду и туда, и туда, или прямо сейчас — никуда.
Мой голос звучал ровно, почти безэмоционально, но в душе я испытывал странную смесь чувств. Тихая грусть и глубокое удовлетворение. Я обещал. И я сделал. Теперь они могут уйти домой, в безопасность. Да, было немного грустно их отправлять — за эти месяцы они стали не просто армией, а семьёй. Но я надеялся, что мы ещё сможем увидеться… когда я вернусь.
Если вернусь.
На мгновение на плацу стало так тихо, что можно было услышать пульсацию крови в ушах. Четыреста с лишним девушек застыли, будто не веря услышанному.
А потом тишина взорвалась.
Это был не просто крик — это был вопль восторга, цунами чистой, незамутнённой радости, многократно усиленный куполом казармы. Девчонки бросились обнимать друг друга, смеясь и плача одновременно. Они прыгали, кричали что-то на своём языке, и в этом хаосе счастья была такая невероятная сила, что, казалось, само здание-голем откликнулось на неё тёплой вибрацией.
Дом. Они могут вернуться домой. После стольких месяцев, а для кого-то и лет, после испытаний и боли — путь открыт.
Я стоял и смотрел на их радость, чувствуя себя одновременно счастливым и опустошённым. Миссия выполнена. Обещание будет исполнено. Теперь можно со спокойной совестью собираться в свой поход.
Постепенно эйфория начала спадать. Первые восторги улеглись, и на смену им пришла настороженность. Инферны одна за другой замолкали, поворачиваясь ко мне. Умные и чуткие девочки — они быстро почувствовали, что что-то не то.
— Княжна, — вышла вперёд Тесса, её голос прозвучал гулко в притихшем зале. — А ты?
Ариэль мягко улыбнулась.
— Конечно, я хочу наведаться к отцу, познакомить его с моим избранником, — она с теплотой посмотрела на меня. — А потом я останусь здесь, в этом мире. Как и Нага, я полагаю. Но это наш и только наш выбор. Да и мы надеемся установить постоянную связь между мирами.
Она опять посмотрела на меня и нахмурилась. Похоже, выражение на моём лице не вязалось с её словами о мире и сотрудничестве между мирами.
И это поняла не только она.
— Командир, — Тесса обратилась ко мне. — А ты? Куда отправляешься ты, что так спешно хочешь отправить нас домой?
Какая проницательная!
Я посмотрел на неё, на всех них. На лица, которые стали мне родными. На девушек, которые доверили мне свои жизни. Что ж, они заслуживали знать правду.
— Так спешно… Потому что у нас мало времени, — ответил я. — Потому что прямо сейчас решается судьба не только этого мира, но и всех остальных.
Я честно рассказал им о своей миссии. О Костяном Скульпторе, который использует сеть мёртвых миров для переброски армий. О войне, которая грозит пожрать всё живое.
Мои слова повисли в воздухе, тяжёлые и безжалостные. Кто-то из девушек тихо всхлипнул. Надежда, только что сиявшая так ярко, угасала на глазах. Зал взорвался гулом голосов. Инферны заговорили все разом, размахивая руками, споря, что-то доказывая друг другу.
— ТИХО! — голос Тессы неожиданно перекрыл все остальные.
