Оркнейские острова, Шотландия. После шторма, бушевавшего всю ночь, на берегу находят останки, которым по меньшей мере десять лет. Полиция предполагает, что они принадлежат местным жителям – школьнице Оле и ее парню Лиаму. Молодые люди пропали много лет назад, а их машину нашли на утесе. Долгое время ходили слухи, что Ола и Лиам прыгнули с обрыва, однако мать девушки всегда считала, что Лиам убил ее дочь, а затем сам исчез, скрываясь от правосудия.Но в свете новых событий ни одна из этих версий не получает подтверждения. Полиция заново открывает дело, а журналистка Фрейя Синклер, которая выросла на Оркнейских островах, но вернулась на родину с мужем лишь недавно, берется за собственное расследование. Ведь убийца может все еще бродить среди местных жителей…Первое расследование Фрейи Синклер.
© Daniel Aubrey, 2024
© Литвинова И., перевод на русский язык, 2025
© ООО «Издательство АСТ», 2025
Этот роман – полностью художественное произведение. Имена, персонажи и происшествия, описанные здесь, являются плодом воображения автора. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, событиями или местностью совершенно случайно.
Эти острова совсем не умеют хранить секреты. В Оркни ничто не остается скрытым навсегда.
Фрейя и так знала об этом и не нуждалась в напоминании, но тем утром все-таки получила одно. Когда в полном одиночестве стояла на вершине крутой насыпи валунов, что защищала дюны, и наблюдала. Она знала, что находится на безопасном расстоянии, в паре сотен метров за полулунным изгибом залива – недостаточно близко, чтобы ее можно было увидеть, но слишком далеко, чтобы слышать что-либо, кроме свиста ветра и рева взбесившегося моря. В юго-восточной части неба неохотно занималась заря, окрашивая облака на горизонте в зеленовато-серый цвет, и этого сияния едва хватало, чтобы разглядеть людей в белых бумажных комбинезонах, снующих между земляными холмами на месте неолитической деревни. Вечерняя буря улеглась, но, пока Фрейя следила за парой фигур в белом, силившихся установить маленькую палатку, порыв ветра подхватил брезент, угрожая унести его прочь вместе с людьми. Фрейя не могла точно разобрать, что там происходило, но, глядя в дешевый бинокль, предположила, что они пытались накрыть что-то, так и не погребенное в прибрежных песках.
Еще один секрет, который не смогли сохранить эти острова.
Она провела языком по пересохшим губам, ощущая привкус морской соли. Свободной рукой она натянула на голову капюшон желтого плаща, а другой рукой отрегулировала фокусировку бинокля. После этого у пятен в поле зрения появились конечности. Когда по дороге сюда Том предложил остановиться в деревеньке Джон о’Гроутс и купить в убогом сувенирном магазине бинокль для наблюдения за птицами, она усмехнулась, но теперь вынуждена была признать, что приобретение оказалось действительно полезным.
– Что, если мы услышим крик коростеля, когда будем гулять с Луной? – сказал Том. – Или если… увидим стаю китов у побережья? Уверяю тебя, мы будем очень огорчены, что не купили бинокль, когда имели возможность.
Его интерес казался таким искренним, а энтузиазм – таким невинным, что у Фрейи не хватило духу сказать мужу, что за все годы, прожитые в Оркни, она, может, раз или два слышала коростеля, но никогда его не видела. И даже если бы им посчастливилось услышать характерный крик, у них не было ни малейшего шанса разглядеть птаху через эти дерьмовые пластиковые окуляры.
В кармане пальто завибрировал телефон, прерывая ее размышления, и еще до того, как она заглянула в экран, тревога, мучившая ее всю дорогу, снова поселилась в животе. Но это был не тот номер, который она ожидала увидеть, так что высветившееся имя
Восемь двадцать три.
Кристин, без сомнения, недоумевала, почему она до сих пор не объявилась.
Фрейя сунула телефон обратно в карман пальто; она напишет сообщение Кристин, когда доберется до места назначения, но пока она не готова туда отправиться. Во всяком случае, в ближайшие пару минут. Фрейя снова поднесла бинокль к глазам, ее свободная рука инстинктивно потянулась к пирсингу в правом ухе. Она начала сдавливать пусеты по порядку сверху вниз, затем обратно, считая их по ходу движения.
Туман в голове постепенно рассеивался. Дыхание вернулось в норму.
И тут она увидела это.
Внизу, на пляже, что-то двигалось. Ветер доводил волны до исступления, поднимая облака белой пены, гоняя их по мокрому песку, как перекати-поле, и среди мусора, выброшенного отступающим приливом, что-то опять сдвинулось. Черный силуэт, похожий на тень. Песок, море и скалы проносились перед глазами, вызывая у Фрейи приступ морской болезни, пока она водила биноклем влево-вправо, прежде чем выхватила объект: собаку. Красивую немецкую овчарку. Морской бриз взъерошивал черно-коричневую шерсть. Собака стояла смирно, глядя вдоль берега, открывая и закрывая пасть, словно вела с кем-то дружескую беседу. Чуть позже до Фрейи донесся приглушенный лай.