– В таком случае объясните, на кой вам сдалась я? – к нам вернулась Маринар. – Девир убьет любого мага, не выполнившего его приказ. Приказ прост и ясен – убить Ярополка. Это ты. Я его не выполню, так как соглашение это запрещает. Поменять класс нельзя, поэтому как маг я больше не существую. Меня никто не пустит на обучение. Остается только алхимия. Придется ею и заняться. Но даже это не спасет без точки привязки, поэтому я просто не понимаю, зачем я вам!
– Ты – наш ключник! Ты помогаешь нам, мы – тебе. Здесь все прозрачно, – отрезал я, недовольно скривившись от слов Зангара. Некромант был прав, назвав все своими именами, но, черт побери, как же было неприятно это слушать! Я-то в голове уже начал строить определенные планы на жизнь после Академии, однако Зангар только что их все перечеркнул. – Давайте так – прежде всего доберемся до оставшихся учителей и ректора, а все остальное решим после. Если ни у кого возражений нет, предлагаю выдвигаться, мы теряем драгоценное время.
В полной тишине, нарушаемой только незначительными репликами «сюда» и «идите по этой балке», мы прошли всех учителей, как открытых, так и скрытых, где Маринар получила статус ключника. Не обошлось без эксцесса – учитель отказался вручать ей первый ключ, сославшись на то, что лидер группы уже является ключником и двух ключников в одной группе быть не может. Мы были вынуждены создавать группу заново, назначая Маринар главной, но даже это забавное происшествие не смогло растопить возникший лед недоверия в нашем коллективе. Поляну, пронизанную путеводными нитями и находящуюся у самого края пропасти, я нашел только спустя час. Она была один в один похожей на ту, с которой столкнул меня Зангар, только располагалась симметрично относительно моста в Лабиринт.
– Учитель не знал этого, – философски заметил Зангар, заглядывая за край пропасти. – Считал, что проход один. Он ошибся. Когда вернусь, смогу удивить. Получу награду.
– Кидай ее, – приказал я, и, прежде чем девушка успела удивленно ойкнуть и возмутиться, кинокефалец схватил ее за руку, поднял в воздух и бросил за край. Послышался дикий крик, глухой удар и возмущенная ругань, переходящая в визг. Мое предположение относительно провала подтверждалось – боязнь высоты была наведенной, а не врожденной особенностью моего организма. Зангар повернулся ко мне, желая повторить бросок, но я успел его остановить: – Я сам. Ступай к ней, а то свалится еще.
Некромант спрыгнул к девушке, позволив мне беспрепятственно подойти к краю. Невидимая дорога находилась ниже края пропасти метра на четыре. Зангар на негнущихся от страха ногах подошел к орущей Маринар, взвалил ее на плечо и в буквальном смысле пошаркал к противоположному краю пропасти. Кинокефальцу было страшно, однако он превозмогал свой страх с упорством, достойным иного применения, двигаясь вперед. Я глубоко вздохнул и шагнул в пропасть. Прыжок с четырех метров уже не казался мне чем-то экстраординарным – сказывались годы тренировок. Меня заботила другая мысль – смогу ли я повторить «подвиг» кинокефальца и проигнорировать страх?
Я смог. Несмотря на то, что у меня уже было активировано свойство «Твердость духа», страх и боязнь высоты навалились сразу же, как только я приземлился на невидимую дорогу. Понимая, что испытываемые мной эмоции были наведенные, а не реальные, я поднял голову, увидел силуэт Зангара и, опираясь на трясущиеся руки, грозящие в любую секунду ослабнуть, пополз вслед за ним. Сил на то, чтобы встать на ноги и пройтись по дороге, не было. Даже закрытые глаза не позволяли прогнать наведенную порчу, поэтому мне ничего другого не оставалось, кроме как сжать зубы и ползти со скоростью улитки.
– Ты не тренировался, – невозмутимо заметил Зангар, как только я рухнул на спину и облегченно перевел дух. – Но ты смог пройти. Со второй попытки. Я смог с двадцатой. Ты сильнее.
– Как можно этому натренироваться? – прохрипел я, стараясь унять дрожь во всем теле. Пятьдесят метров над пропастью дались мне нелегко – дыхание никак не могло прийти в норму, сердце мечтало вырваться из груди и начать прыгать по выступу, орошая всех кровью, а в глазах плясали разноцветные круги, напоминая мне о детстве и калейдоскопе с разноцветными стеклышками.
– Удел некромантов – вечная борьба. Борьба со страхом. Борьба с неживыми. Борьба с собой. Никогда нельзя сдаваться.
– Хорошо говорить о страхе, являясь инициированным приспешником, – напомнила о себе Маринар дрожащим голосом. Для нее поход по невидимой дороге тоже оказался не из легких. – Ты попробуй, как мы, без обучения, без подготовки, без учителя. Тогда и рассуждай о страхе и его преодолении.
– Ошибаешься, человек, – парировал Зангар. – У меня нет инициации. В этом мы похожи. Я тоже могу умереть.
– Неужели? Тогда почему…
