Подспудная мысль о том, что Дориан, наконец, увидел истинную меня и решил избавиться от такой головной боли, была невыносима. Но я не могу винить его – он заслуживает кого-то намного лучше. Несмотря на то, кто он есть, несмотря на его прошлое, – он идеален во всех отношениях.
После тяжелого сна, в который я провалилась благодаря бутылке красного вина, утром в четверг я чувствовала себя измученной и запутавшейся.
В голове стучит, а тело будто налито цементом. От Дориана до сих пор ни звонка, ни сообщения. Подкрадываются болезненные мысли о нем, падающим в ожидающие руки Авроры и в ее теплую постель.
Может быть и так: Дориан устал от меня и моих детских выходок. Он не заслуживает подобного после того, как посвятил жизнь моей защите.
И вот, из-за того, что я запуталась и почувствовала себя униженной, я сказала свое слово. Заставила его почувствовать себя таким же деморализованным, как и я.
Правильно поступила, или нет, но я зашла слишком далеко и теперь ужасно боюсь, что на этот раз я оттолкнула его навсегда.
К счастью, сегодня у меня выходной, и я медленно нянчу похмелье, проводя время за паршивыми передачами и поедая вредную еду в постели. Я на перепутье: чувствую, как медленно двигаюсь к саморазрушению.
Голова все еще побаливает из-за алкоголя, но все, чего я хочу – это напиться до бесчувствия. Сейчас всего лишь полдень, но я отправляюсь на кухню за стопкой текилы и достаю бутылку пива, чтобы ее запить.
Морган на работе и квартира кажется холодной и пустой. Я задыхаюсь от одиночества и раскаяния, сдавливающих мне грудь.
Мне нужно выбраться отсюда. Чем дольше, тем больше боли я ощущаю. Я осушаю стопку, чувствуя, как обжигающая жидкость прожигает свой путь в моей страдающей груди. Беру телефон. Есть только один человек, способный облегчить мою тоску.
– Привет, Джаред! Как дела, приятель? – говорю я, когда он отвечает через два гудка.
– Габс! Не ждал твоего звонка! Рад, что ты позвонила! – радуется он.
Джаред. Всегда как глоток свежего воздуха. Его искренность немедленно начинает успокаивать мою мятущуюся душу.
– Хотела увидеть тебя, если ты сегодня не занят. У меня выходной, и я надеялась, что мы сможем зависнуть. – Перевод: "Я надеюсь, что ты сможешь помочь мне забыть, какое я ужасное недоразумение".
– Правда? – недоверчиво отвечает он. – Ты хотела провести свой выходной со мной? Не с Дорианом?
Дерьмо. Конечно Джаред вспомнил о нем. В груди вновь сжимается. Я делаю глубокий вздох и пытаюсь заставить голос не дрожать, несмотря на ком в горле.
– Нет, я хочу провести его с тобой, – говорю я, надеясь, что он не почувствует моих мучений.
– Окей, – говорит он осторожно. Он знает, что я что-то недоговариваю. – Где ты хочешь встретиться?
– Хм, вообще-то, не мог бы ты меня забрать? Я уже выпила.
Наступает долгая пауза.
– Ты окей? – Джаред знает меня лучше, чем кто-либо и я ничего не могу спрятать от него. Он знает, когда не стоит давить, выносить преждевременные суждения и не задает лишних вопросов. – Скоро буду. Увидимся через полчаса?
Опорожнив свое пиво я роюсь в шкафу, решая, что надеть.
Совершенно не испытывая настроения наряжаться, я, тем не менее, не хочу подвергать Джареда шоку, явившись перед ним в пижаме и футболке.
Останавливаюсь на джинсах, угольно-сером топе и черных шлепках. Это не многим лучше пижамы, но я, по крайней мере, расчесала свои непокорные волосы.
Я принимаю еще стопку текилы перед появлением Джареда. Все, чтобы предупредить меланхолию, так и рвущуюся на поверхность. Он пунктуален, как всегда и я мгновенно отмечаю озабоченность на его лице, в то время пока открываю входную дверь.
– Не надо, – только и говорю я, тряся головой. Не хочу, чтобы он волновался, я не заслуживаю этого. Хватаю свою сумочку, и мы двигаемся к машине в напряженном молчании.
– Куда? – спрашивает Джаред, вырулив в направлении бульвара Академии.
– Просто поезжай. Я скажу тебе, когда увижу.
Замечаю книжку с коллекцией CD Джареда и роюсь в ней, пока не достаю оттуда то, что ищу. Затем вытаскиваю из проигрывателя The Script, поющих трогательную песню.
Я не могу такое слушать, не сейчас, когда с трудом пытаюсь собрать себя по крупицам. Я включила Эминема, зная, что только его песни подходят к моим страданиям и душевному состоянию.
Я попросила Джареда заехать в первый тату салон, который попался нам на пути. Он посмотрел на меня с сомнением.
– За мой счет, – предупреждаю я, выходя из машины. Господь свидетель, – я могу себе это позволить с тех пор, как работаю в "Кашемире". Благодаря Дориану, моя зарплата, в качестве менеджера магазина может соперничать с зарплатой генерального директора крупной корпорации.
Дориан. При одной только мысли о нем я задыхаюсь в мучительном отчаянии. Могу буквально чувствовать, как мое сердце разрывается и осколки застревают в груди.
– Габс, я просто надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, – сказал Джаред, открывая для меня дверь магазина. Как обычно, он – настоящий джентльмен, хотя я далеко не благочестивая леди.
– Я тоже надеюсь, – слабо улыбнулась я.
