— Что на тебе надето! — воскликнула Сюзанна, увидев Аудроне в синем спортивном костюме и кроссовках. — Ты в своем уме?!
Адмирал в вечернем наряде ярко-красного цвета стояла рядом с Киараном в холле и непонимающе глядела на Аудроне.
— Где зеленое платье? Что с прической?! — Сюзанна указала на хвост Аудроне, завязанный на затылке лишь бы как.
— Это же репетиция, а не свадьба, — Аудроне прошла мимо нее. — Не переживай, ты на моем фоне будешь выглядеть еще прекрасней, чем есть на самом деле.
— Аудроне! — возмущению Сюзанны не было предела.
Адмирал раздувала ноздри и щурилась, что совершенно не красило ее моложавое лицо.
— Да, «мама», — с нажимом ответила Аудроне и обернулась.
Ее беззаботная улыбка лучилась высокомерием, а глаза икрились весельем.
— Переоденься, — гневно прошипела «мать». — Немедленно.
— А не то что? — Аудроне склонила голову на бок и сложила руки на груди. — Убьешь меня?
Сюзанна медленно повернулась лицом к Киарану, который молча наблюдал за всей сценой.
— Капитан Рурк, заставьте свою невесту переодеться, — сквозь зубы процедила она. — Лучше опоздать, чем опозориться подобным образом!
— Подозреваю, что Аудроне не хочет, чтобы видеозаписи с репетиции свадьбы попали в прессу, — спокойно ответил он. — Я прав? — он повернулся к Аудроне и вопросительно изогнула бровь.
— Совершенно верно, — кивнула она. — Ну что, мы едем? — тут же оживилась Аудроне. — Или отменим репетицию?
Сюзанна подошла к «дочери», осмотрела ее с головы до пят еще раз и, ничего не говоря, направилась к парадным дверям.
— Это означает, да? — прокричала ей в спину Аудроне.
— Это означает, что ты за свою выходку еще ответишь! — бросила Сюзанна через плечо.
— Конечно, «мама», — себе под нос прошептала она.
— Пойдем, — Киаран предложил ей опереться на свою руку.
— Сама дойду, — с пренебрежением произнесла Аудроне и пошла следом за Сюзанной.
Киаран медленно выдохнул и сжал челюсти. Судя по всему, чистилище он уже миновал и попал в пекло Сахиды.
В машине Аудроне не проронила ни слова. Она старательно глядела в окно, сидя на заднем сидении рядом с Киараном. Автомобиль набирал высоту, встраиваясь в один из потоков транспорта, мчащийся над головами жителей Вентерона.
Заявиться в Обитель Инага на репетицию собственной свадьбы в спортивном костюме — одна из лучших выходок Аудроне. Плевок в сторону лжепророка Инага и всей культуры поклонения этому шарлатану. Личность Инага не вызывала у Аудроне ни уважения, ни желания его чтить. Жил себе человек, вел за собой массы, оцифровал сознание и умер. Многих за это время погубил, уничтожил целые культуры, навязывая свой взгляд на жизнь и реальность. Но самое опасное, что он сделал — это сотворил из себя кумира, которого после смерти посчитали божеством.
Первый Император Луиты Инаг Вераций основал династию, частью которой являлась и сама Аудроне. Сколько раз приходя на беседу с цифровым предком в его Обитель, Аудроне хотелось высказать голограмме «пра-пра— в периоде», что она думает о нем и его тухлом мирке. Но этого делать было нельзя, ведь все, что озвучивалось в беседе тет-а-тет сразу же становилось доступным тем, кто следил за порядком в этом мире.
«О, Инаг!» — подумала Аудроне и прижалась виском к стеклу.
Имя предка стало нарицательным и укоренилось в сознании даже не верующих в его божественность людей. Инагу досталась похвала, а его любовнице Сахиде — проклятия. Нечестно? А кто вообще утверждал, что в жизни все бывает по-честному?
Вдалеке за потоками машин между верхушками близлежащих гор показались очертания Обители Инага. Конечно, где же еще беседовать с оцифрованным «богом», как не рядом с небом?
Громадина была возведена на выступе между скал и часто пряталась в облаках, накрывающих горные хребты плотными белыми шапками. Чтобы попасть в дом Инага, необходимо было пройти по широкому подвесному «мосту доверия». Он был сделан из прозрачных плит и простирался над настоящей пропастью. Конечно, пока знать парковала машины позади самой Обители, остальные смертные оставляли транспорт на площадках, организованных у подножия гор. Оттуда на лифтах они поднимались к выходу на подвесной мост и шествовали по нему, будучи уверенными, что тот не рухнет.
Однажды он все-же упал. Точнее, его разбомбили во время второго боя за Луиту. Сама обитель уцелела, но все равно поднялось столько шума, как будто эфонцы разнесли святыню и убили самого Бога! То есть пока Альянс бомбил чужие святыни, все было в порядке вещей. А когда эфонцы напали на Луиту и едва не уничтожили Обитель Инага, трагедия оказалось Вселенской.
