—
—
Это длилось бесконечно, целую вечность, пока Джексон не решила, что вполне может умереть от этой красоты. От них. Она крепко обнимала его, покачивая его голову, наслаждаясь ощущением его волос на своей чувствительной груди. Он все входил и входил в нее, пока она не стала сонной и пресыщенной, полностью удовлетворенной, совершенно целостной.
Лишь спустя некоторое время Люциан очень-очень нежно позволил их телам разъединиться. Солнце полностью взошло, даже в этой спальне, находящейся глубоко под землей, он мог точно указать его местоположение. Бросив взгляд на густые ресницы Джексон, на красоту ее лица, на последствия его любовных игр, он понял, что она не знает или ее не волнует, где сейчас находится солнце. Он наклонил голову и прикоснулся своими губами к ее роскошному рту.
— Je t'aime[23], ангел, — нежно прошептал он, погружая ее в сон. Это было последнее, что она слышала, именно эти слова она унесла с собой, когда воздух покинул ее легкие, и ее сердце прекратило биться.
После этого Люциан раздвинул пол в спальне и вместе со своей Спутницей жизни спустился вниз, в глубокую манящую землю. Она лежала в его руках, неподвижность увековечила ее красоту, когда он раскрыл землю и устроил их на отдых.
Неблагозвучные звуки заполонили безмолвие земли под спальней. Под слоями почвы раздалось медленное зловещее шипение, которое просочилось сквозь темную плодородную землю прямо в воздух над ней. Оно пронеслось по поместью, заполняя окружающее пространство угрозой. Глаза Люциана резко распахнулись, и он, лежа совершенно неподвижно, начал вслушиваться в звуки насекомых и животных. Где-то поблизости в поисках пищи копошилась крыса. Что-то раздраженно проурчал своим братьям по стае волк. Что же это был за звук, настолько не сочетающийся с остальными, что смог достигнуть самого центра земли и разбудить его?
Треск каменной стены сказал ему, что злоумышленники проверяют на прочность его меры безопасности. Люциан лежал совершенно тихо, прислушиваясь. Дотянувшись до альфа-пары, он предупредил их ни в коем случае не дотрагиваться ни до какого мяса или еды, брошенной им из-за стены посторонними. Он попросил их позаботиться о других членах стаи — молодых и глупых, любящих бросать вызов власти. В его сознании появилось явное предупреждение о яде, несущем стае смерть. Поэтому он отдал альфа-паре указание увести своих собратьев как можно дальше в лес, где оружие не сможет их достать. Мужчина обнажил свои клыки и издал предупреждающий вой, поторапливая стаю.
Удовлетворенный проделанной работой, Люциан продолжил слушать. Незваный гость был настойчив. Поняв, что ему не удастся проникнуть ни через ворота, ни через каменную стену, он залез на дерево, избегая задней части поместья, так как там находились волки. Без сомнения он видел, что его «подарок» в виде отравленного мяса остался нетронутым, и он не осмелился совершить нападение рядом с хитрыми животными. Люциан закрыл глаза и покинул свое тело. Он стал таким же легким, как воздух, перемещаясь в виде чистой энергии, вырываясь на свободу из-под земли. Пройдя по узкому коридору, он оказался в подвале, а потом на кухне.
Как всегда тяжелые портьеры предотвращали попадание солнечного света на интерьер помещения. Представляя собой сплошную энергию, он с легкостью прошелся по дому, пока не оказался на балконе — превосходном наблюдательном пункте. Прекрасно выполненное Франческой витражное стекло маскировало слишком яркий свет, поэтому он мог хорошенько рассмотреть нарушителя, стремящегося попасть в дом. Наконец-то. Тот, кто уничтожил семью Джексон. Но был ли он человеком? Люциан подождал, пока сквозь густую листву не разглядел лицо.
От разочарования тихое рычание Люциана завибрировало в воздухе. Этот нарушитель совершенно точно не был Тайлером Дрейком. На нем был надет темно-синий костюм и шелковый галстук. Люциан отметил легкость, с которой он карабкался по веткам дерева, чтобы заглянуть за каменную стену. Потом мужчина что-то проговорил по двусторонней радиосвязи:
