Я рассчитывала увидеть красно-кровавые обои на стенах, скульптуры демонов и летучих мышей, паутину на потолках — то, что показывали нам старые фильмы, — и ошиблась. Здание изнутри не имело ни намека на фильм ужасов, напротив, было выполнено со вкусом, в нежных пастельных тонах. Пол в холле уложен керамической плиткой, в центре — темный узорный круг. По обеим сторонам комнаты на второй этаж тянулись две закругленных лестницы из белого мрамора. В вытянутых вазах стояли свежие цветы. Роберт повел меня на второй этаж, вдоль коридора, обвешанного картинами знаменитых художников. Дом Скоттов напоминал лабиринт: то тут, то там располагались комнаты, другие коридоры.
— Сколько же тут комнат?!
— Тринадцать спален и двенадцать ванных комнат, — пояснил парень, в очередной раз заворачивая за угол. — Пока я ищу свечи, ты посидишь в моей комнате.
Наконец он притормозил у двери со ставками из затемненных стекал. Парень открыл дверь, жестом приглашая меня войти, и я очутилась в спальне с широкими окнами.
— Моя комната, — объявил Скотт.
Это была светлая спальня, обклеенная попурри-обоями, состоящими из молочно-фиолетовых, персиковых и шоколадных оттенков; на полу лежал ковер такой же, как у меня, но только мягче; на бесконечных полках хранились книги, старые и новые, диски с фильмами и музыкой, а в середине располагалась громадная воздушная кровать. Я плюхнулась на нее и тут же попала в ловушку нежных перин.
— Мило, — сказала я, присаживаясь.
— Тебе нравится? — он пристроился под боком. — То есть, всего достает? Я не люблю, когда наставлено много вещей.
Я кивнула и поглядела наверх. На потолке были нарисованы спирали, которые пересекались друг с другом, образуя плетения.
— А это что? — я указала на потолок.
Вместо ответа, он плотно задернул шторы, и комнате сделалось темно.
— Взгляни.
Я заново запрокинула голову и ахнула. Спирали при дневном свете были кремового тона, однако сейчас они светились нежно-голубым. Ощущение такое, будто ты попал к инопланетянам.
— Вау! — вырвалось у меня. — Они светятся!
— Присмотрись внимательнее, — попросил Роберт.
Я прищурила глаза. На первый взгляд необычного ничего не было, но Роберт не стал просто так просить, значит, есть какой-то подвох. Я внимательно продолжала всматриваться, следуя по спиралям останавливая взгляд в тех точках, где они соприкасались… Перед взором начали мелькать картинки: окружности, фигурки, похожие на звезды, точки, соединенные прямыми… Я заморгала, думая, что это мне привиделось от напряженного смотрения, но когда я опять глянула на плетения, то обнаружила, что так оно и было. Шары различной формы, созвездие Большой медведицы… Созвездия!
— Солнечная система! — вскрикнула я и от упоения вскочила на ноги.
— Правильно, — похвалит Роберт. — Ты первая догадалась.
— Что, правда? — я оглянулась на него.
— Ага. Никто из семьи не мог отгадать, даже Стефани, хотя она очень и очень проницательна. Все думали, что это бессмысленное скрещение зигзагов. Я сам работал над проектом.
— Необычно, — промолвила я, взирая на мерцающий Сатурн.
— Ладно, устраивайся тут, а я пока сбегаю за свечами для мамы, — сказал Роберт, потирая ладони.
Когда он ушел, я принялась расхаживать по комнате, исследуя каждый ее уголок. На книжных полках хранилось так много книг, что их количество уходило чуть не под потолок. Я вытащила одну. Она была не на английском. И, если не ошибаюсь, на русском языке.
Я напрягла память и попыталась вспомнить русский алфавит и прочитать автора и название книги. В Лондоне в одной из школ нас обучали русскому языку. Это самый сложный язык в мире! У этих русских все не так как у нас, у них есть даже какие-то окончания, которые изменяются по каким-то падежам. Вот с ними-то я и не дружила.
— Булгаков, — прочитала я по-русски с запинанием, — «Мастер и Маргарита».
Тяжело вздохнув, как будто бежала марафон, я поставила книгу на место. Ни фига себе! Оказывается Роберт и на русском книги читает!
Проведя пальцами по следующей полке, я заметила, что на ней выстроились в ряд произведения Стивена Кинга, начиная с «Кэрри». «Оно», «Кладбище домашних животных», «Туман», «История Лизи»… На верхней полке стояли романы Александра Дюма: «Граф Монте-Кристо», «Две Дианы», «Графиня де Монсоро» и другие. Здесь было и множество других книг, старых и новых, рукописных и напечатанных, всевозможных стилей и жанров. Быстренько окинув их взглядом, я подошла к полкам с DVD и CD-дисками. Из музыки очень много было песен «Линкин Парк» и «Битлз». Полка с кино ничем не выделялась: здесь присутствовали фильмы разных типов и времен.
Все осмотрев, я села на кровать и стала ждать Роберта. Но время ожидания тянулась как кленовый сироп, я умирала от скуки.
И внезапно я услышала странный звук за дверью. Чей-то шепот. Мужчина. Он говорил тихо, я не смогла расслышать слова.
