— Капитан Амра, ветер усиливается. К утру грядёт сильнейшая буря. Нужно укрыть «Белую Акулу» в этой безопасной гавани или, наоборот, уйти в открытое море. Якоря едва держат. Если цепи не выдержат, нас разобьёт о скалы.
— Чтобы зайти в бухту острова Распутной Вдовы, нужно знать местный непростой фарватер. Ты его знаешь?
Зябаш Живучий смутился, опустил голову и ответил, что конечно же нет.
— Тогда прикажи спустить на воду две шлюпки и выбери из матросов четырнадцать самых ловких и опытных. Ты сам останешься на «Белой Акуле» и в моё отсутствие будешь за главного. Я же с командой смельчаков постараюсь захватить того, кто сможет провести нашу дирему в порт.
Возможно, на такую опасную и ответственную операцию стоило взять побольше бойцов. Вот только навык «Бригадир» 14-го уровня ограничивал меня именно таким количеством участников, и брать пиратов свыше нормы я опасался. Через несколько минут я лично обошёл выстроившихся на палубе самого жуткого вида головорезов. Дикие орки, пара гоблинов, тролль… Все они молчали и внимательно слушали капитана.
— Впервые я иду с вами на серьёзное дело и буду оценивать возможности каждого. Если вы действительно окажетесь лучшими, как утверждает Зябаш Живучий, после этой ночи станете своего рода гвардией капитана. Будете иметь доспехи и оружие лучше, чем остальная команда, и ваша доля трофеев будет выше, чем у остальных. Но только если вы окажетесь достойны такой чести. Мы должны скрытно приблизиться к стоящей в гавани торговой галере, взобраться на борт, тихо снять часовых и связать команду. Любой звук поднимет тревогу, и нас встретят сталью, а с острова к нашим врагам придёт подмога местного гарнизона. Нет, мы всё равно победим в этом случае, но уже большой кровью. Так что я лично потом скормлю акулам того неуклюжего недотёпу, который окажется виновен в поднятой тревоге. Если кто из вас страшится плыть ночью по бушующему морю или не уверен в своей Силе и Ловкости, пусть лучше скажет это сейчас, и я просто заменю его более способным матросом.
Пока я вчитывался в условия задания, моя команда стояла и молчала. Никто не отказался. Орки свирепо скалили клыки, демонстрируя готовность к битве. Тролль сжимал и разжимал свои огромные кулачищи, способные с лёгкостью раздавить череп человека.
— Отлично! Но с этого момента действуем тихо и молча. Пусть каждый из вас засунет в пасть по куску ткани и не разжимает своих челюстей до самого конца операции. Кто раньше времени откроет рот и выронит тряпку, никакой награды не получит!
Пираты безропотно сжали в зубах по розданной каждому мавкой ленточке и стали спускаться в шлюпки, расселись по скамьям и взялись за вёсла. Я приказал смазать принесённым с кухни жиром уключины, так что гребцы работали практически бесшумно. Первую шлюпку повёл я, на носу второй стояла Валерианна Быстроногая. Макса Сошне решили понапрасну не будить — наш Наяда-Торговец устал за этот бесконечный день, да и я рассчитывал справиться без него.
Море штормило, нашу лодку швыряло и крутило, происходящее сильно напоминало аттракцион вроде «русских горок» в парке развлечений. Я не раз успел поблагодарить небеса, что мой желудок был пустым, иначе его содержимое могло бы вырваться наружу.
Отсутствие волкодлаков и гоблина было непонятным, но я надеялся вскоре получить ответ. Две шлюпки осторожно вошли в бухту и направились прямиком к стоящей на якоре галере. Здесь в гавани море было значительно спокойнее и отсутствовали те пенные могучие валы, что грозили перевернуть наши лодки при подходе к острову. Зато усилился дождь, сейчас это был уже настоящий ливень. В такую омерзительную погоду я не опасался, что нас могут заметить с берега, а дозорного на галере Валерианна видела только одного и то стоящего у противоположного борта.
