Патрик кивает. — Это здорово слышать. Мне нравится ваш маленький клуб. Могу ли я предложить вам добавить немного шика во время восстановления? Сергей что-то задумал с этим своим клубом. Как он называется? — он несколько раз щелкает пальцами, прежде чем воскликнуть: — О да, Playground. Вот это клуб, который знает, как угодить людям с более… уникальными вкусами, — я злюсь на эту вопиющую подколку, но ничего не говорю. Я был в Playground несколько раз и наслаждался атмосферой, но это слишком много работы, чтобы за ней угнаться. Пусть у русских будут их маленькие убежища для разврата. Это единственное направление их успешного бизнеса.
— И ты ценный член, дорогой друг, — Сергей поднимает свой бокал и чокается с Патриком, прежде чем мудро сменить тему. — Итак, один есть, один остался, О'Лири.
Ирландский главарь мафии осушил палец скотчем, и Игорь, как добрая собачка, которой он и является, тут же наполнил его. — Да, и скатертью дорога, я говорю. Пусть эта глупая, младшая моя дочь станет чьей-то чужой проблемой. Без обид, конечно, Игорь.
— Ничего не взято, старый друг, — Игорь усмехается.
— Иногда я думаю, что отправить ее в Ирландию было ошибкой. Мой брат дал ей там слишком много свободы. Это забило ей голову ерундой и плохими идеями. В отличие от моей старшей. Теперь та девочка, которую я воспитал, чтобы она стала послушной женой. Обеспечит наследников своему мужу, и о ней будут заботиться всю жизнь. Будет благодарна за то, что ей дано, и никогда не будет сомневаться в тех ночах, когда её муж не приходит согреть их постель. Грейс понимает, в каком мире она живет.
Слушая, как Патрик говорит о своих дочерях, как о не более чем высоко ценимых племенных кобылах, у меня спина неприятно ощетинивается. Я смотрю на Коннора, любопытствуя, что он думает о взглядах своего босса и будущего тестя. Ирландский жених сворачивает шею, прежде чем сделать большой глоток своего скотча. Его молчание говорит мне, что он не разделяет моих взглядов.
Браки в нашем мире могут быть одним из трех способов. Во-первых, есть браки по договоренности, браки без любви, где жена — просто матка и ничего больше. Затем есть браки, которые начинаются как дружба, но перерастают в любовь. Наконец, третий тип брака — когда пара уже влюблена. Это удачные и редкие браки.
Игорь глубоко затягивается сигарой и выпускает облако дыма, прежде чем похвастаться: — К концу года я обломаю свою жену и она забеременеет. Запомни мои слова, Патрик.
Так что это все-таки не слухи. Патрик О'Лири действительно собирается выдать свою младшую дочь замуж за младшего брата Сергея, Игоря. Странно, что Розалин О'Лири не появлялась на публике с тех пор, как вернулась из Ирландии после десятилетнего отсутствия. Причиной ее отсутствия стала печальная история, которую я хорошо помню. Розалин была единственной выжившей в автокатастрофе, унесшей жизни ее матери и младшего брата. Патрик уже не был прежним после смерти жены и наследника. Когда я услышал, что его дочь — точная копия своей матери, меня не удивило, что Патрик отправил девочку в Ирландию. Он может утверждать, что это было для ее образования, но мы все знаем другое. И теперь она дома, но только для того, чтобы выйти замуж за мужчину, который по возрасту годится ей в дедушки.
Патрик О'Лири, ребята. Отец года.
— Да, я слышал, что поздравления положены, — признает папа, отталкивая стакан скотча, который ему предлагает Сергей. Никогда не отказывающийся от хорошего спиртного, отказ папы теперь также заставляет меня игнорировать мой бокал передо мной. Что-то раздражает папу, и если он раздражает, то и я тоже. — Я не знал, что ты привел девушку домой и заключил брачный контракт с Михайловыми.
Патрик пожимает плечами, его неуважение столь же очевидно, как и его опьянение. — Что я могу сказать? Сергей сделал мне предложение, от которого я не мог отказаться.
Сергей прочищает горло, но молчит, как будто ему некомфортно от серьезного поворота разговора.
Папа переводит взгляд с одного лидера Высокого стола на другого. Его тон разговорный, когда он говорит, но в нем можно услышать скрытый след чего-то опасного.
— Лучше, чем мое предложение?
Либо алкоголь действительно ударил в голову ирландскому лидеру, либо ему просто все равно, что он говорит. Оба варианта глупы. — Без обид, но я не собираюсь выдавать свою последнюю дочь замуж за близнеца бесплодного мужчины. Я беспокоюсь, что у нас может быть общее генетическое заболевание.
В комнате наступает тишина. Я смотрю на Рафаэля, гадая, где голова моего брата, пока я пытаюсь переварить новую информацию. Рафаэль встречается со мной взглядом и медленно качает головой. Новость о том, что папа активно пытался устроить брак Рафаэля с младшей из дочерей О'Лири, для него тоже новость. Еще один силовой прием — брак.
— Что именно ты… — начинает папа.
Дверь в комнату распахивается, и в комнату вбегает расстроенный ирландский охранник. — Босс!
Патрик резко выдыхает, поворачивая к мужчине свое сердитое красное лицо. — Что?
