Тёмный Зов (ЛП) полностью

Пора принимать решение. Я опустила руки на живот. Арик не позволил бы подвергнуть сына опасности.

— Эви, не соглашайся!

Но не согласиться — значит отвернуться от Арика. И что я потом скажу ребёнку? Да, я могла спасти твоего отца, но сдалась?

— Что ты хочешь узнать? — спросила Лоррейн. — Возможно, способ убить Повешенного? Он держит под контролем твоих союзников, не так ли?

Решено.

Я подошла к трону.

— Да.

— Чёрт, нет! — крикнул Джек. — Кубки, наверное, и есть те самые злые мечтатели, о которых предупреждал coo-y^on. Вспышка обратила их к злу. Все считают их добрыми, но это не так!

— Мы действительно верим мечтам, Императрица, — светлые глаза посмотрели на меня с вызовом, — может, тебе и правда стоит отказаться.

Но, несмотря на протесты Джека, я закатала рукав.

Она поднесла нож к оголённому запястью.

— Замечательно, Императрица.

От прикосновения лезвия я вздрогнула. И мы с Лоррейн застыли в ожидании, глядя на струящуюся кровь, словно пассажиры лифта, следящие за вспыхивающими лампочками. Почти на месте…

Но когда чаша наполнилась, Лоррейн даже не взглянула в неё, а сразу сказала:

— Есть только один способ победить Повешенного: нужно удавить его петлёй, забравшей жизни двенадцати убийц, по номеру его карты.

Это и есть оружие, о котором говорила Цирцея! Мои ожидания оправдались.

Королева театрально вздохнула.

— К сожалению, такой петли больше не существует. Была одна в Музее Старого Запада, но Вспышка сожгла её дотла.

В груди всё сжалось. Значит, Арик потерян для меня навсегда.

— Ты знала, что её больше нет, и всё равно взяла у меня кровь.

— Мы знаем о слабостях каждого Аркана. И у меня не было необходимости тратить на это предложение крови.

Вот сучка!

— Скажи, как убить Рихтера.

— А-а… — она подняла вверх палец. — Всего один вопрос. А теперь моя очередь.

Для чего?

Лоррейн посмотрела на собранную кровь и взболтала её, словно вино… с

— Какие тайны верхними нотами кошмара. скрывает Императрица? — сказала она и подула в чашу. — Постой-ка, что это?

Маска притворства начала сползать с её лица.

Сползает…

Сползает…

Сползла.

Лоррейн подняла глаза, оскалила зубы и бросила чашу об стену, расплескав кровь по изысканным обоям.

— Ты носишь его ребёнка! Ты беременна отродьем Смерти!

Я обвела взглядом шокированных стражей.

— Тебе нужна эта петля, чтобы спасти Смерть и снова стать ему женой, — процедила Лоррейн, — но остаться в живых должен лишь один из Старших, иначе земля не возродится! А ты планируешь выжить вместе со своим арканским отпрыском? Хочешь погубить землю из-за своего эгоизма?

— Мой ребёнок не Аркан. Он будет простым смертным, — сказав эти слова вслух, я почти поверила в них сама.

— Такой союз нарушает волю богов, — сказал один из стражей, — мы все понесём наказание!

— Ты навлечёшь на нас их гнев! — добавил Король Кубков.

— Либо она всех нас спасёт! — крикнул Джек.

И получил удар в живот, от которого со стоном согнулся пополам.

Стражи оттащили его и приковали наручниками к колонне.

Я бросилась на помощь.

— Не смейте к нему прикасаться!

— Иначе что? — крикнула Лоррейн. — В чаше с кровью я увидела достаточно, чтобы понять, что твои силы притуплены.

Они знают, что я не в лучшей форме. Но у меня есть тайна…

Стоит ли рискнуть и напасть на вооружённую свиту Младших? Ведь даже единственная пуля может убить моего ребёнка. К тому же у них Джек.

Он встретился со мной взглядом, пытаясь освободиться от наручников.

— Убейте её, — приказала Лоррейн Королю Кубков.

Два слова, слышать которые мне не хотелось бы больше никогда.

— Вы не имеете права причинять мне вред.

— Ты не оставила выбора, — ответила Лоррейн, — ты беременна чудовищем!

Не то чтобы я была с этим категорически не согласна. Но Ти — моё чудовище.

Она пожала плечами.

— Ты нарушила правила и больше не заслуживаешь их защиты.

Да, нарушила. Я не должна была строить отношения со Смертью. Не должна была бросать вызов богам. Или любить двух мужчин одновременно.

Король вскинул брови.

— Принести её в жертву?

Прежде чем Лоррейн успела ответить, я сказала:

— Ты хорошо подумала? — возможно, я сейчас не та Императрица, которой была, но у меня остались могущественные друзья. — Цирцея согласилась стать крёстной моего ребёнка. Она придёт в ярость, если вы сбросите меня в ущелье.

— Увезите её на сушу, — сказала Лоррейн королю, — по-тихому. И вернитесь с её головой.

Я покосилась на стражей. Судя по выражениям лиц, эти люди только рады случаю обезглавить беременную девушку.

Боже, это никогда не закончится. Как и говорил Джек: всегда будут появляться новые монстры. Рихтер, Зара, каннибалы, Лазарет, очередные Усач с Галитозом. И мне придётся сражаться с ними с одной связанной рукой.

Глядя на этих ублюдков, я поняла: лучше уж пойти на риск и зачерпнуть из ядовитого родника.

— Сражайся, Эви! — крикнул Джек. — У тебя есть выбор.

Согласна, есть.

Красная ведьма внутри зашевелилась и открыла глаза.

— Заткните его! — приказала Лоррейн.

Страж снова ударил Джека, но он продолжил кричать.

— Сражайся или умрёшь! У куколки есть зубки!