— Это из советской НФ, но не Сергей Снегов, про которого наш клуб, а Кир Булычев. В сценарии «Через тернии к звездам» у него есть такая штука: биомасса Глана, аморфная субстанция, которая жрет любую органику и быстро растет. А получив условные коды, биомасса Глана по ним быстро формирует из себя любые организмы, флору и фауну.
— Что, вообще любые? Людей тоже?
Рори демонстративно и внушительно пожал плечами.
— Биологически люди лишь фауна. Кстати, в отличие от многих других НФ-допущений, биомасса Глана не противоречит физике, так говорят ученые. Хотя сценарии содержит технические ошибки, это не отменяет реалистичности самого принципа.
— Подожди… — тут Лола обхватила себя ладонями за голову, — …Это что получается? Из какой-то субстанции можно быстро построить заново всю биосферу, так?
— Можно, — подтвердил он, — для этого биомасса Глана и была придумана по сценарию.
— А… — она помедлила с вопросом, — …А сформировать клоны конкретного человека?
— Можно хоть в товарных количествах. Это физически ничему не противоречит.
— О, черт… Какая-то страшненькая штука.
— Если общество устроено имбецильно, — произнес Рори, — то для него любая технология оказывается страшненькой штукой, даже огниво или каменный топор. Причем какие-то технологии оказываются для него тотально-подрывными.
Лола, конечно, знала об этом. Подрывные технологии разрушают отдельные отрасли, а тотально-подрывные — сносят всю сложившуюся социально-экономическую систему. В недавно опубликованной футуропедии Уэллвуда говорилось: комплекс технологий 1-й Космической эры УЖЕ был тотально-подрывным. С 1960-х элиты заняты лишь порчей общества для сохранения массовой нищеты, без которой не умеют править. Стратегия порчи стала неизбежной реакцией элиты на прогресс (это объяснил Оруэлл в 1949-м). Т.н. «дары Каимитиро» (указывал далее Уэллвуд) лишь сократили агонию социального устройства, существовавшего в ареале большей части человечества около 500 лет. … — Мысленно сверяешь меня с энциклопедией? – весело поинтересовался Рори.
— Читать вслух чужие мысли это нетактично! – заявила она, — Кстати, ты ошибся. Не с энциклопедией, а с футуропедией. Уф! Мозг уже закипает. Сейчас я вброшу биомассу Глана на вентилятор и нырну. Что мы тут не посмотрели из интересного на дне?
— Могу предложить каньон драконов, — загадочным тоном объявил он.
…При других условия Лола предпочла бы узнать больше перед тем, как погружаться к месту с таким названием, но сейчас от сетевого марафона на жаре ей хотелось под воду просто как угодно. И она была уверена, что этот огр не утащит ее в опасную авантюру. Практически все так, однако, она оказалась не готова к тому, что на глубине 20 футов в довольно узком пространстве разлома или мини-каньона, на нее выскочит дракон. Если точнее, то просто крупная мурена длиной примерно в человеческий рост. Но раскрытая зубастая пасть, нацеленная в лицо, выглядела нешуточной угрозой. Впрочем, Рори был готов к такому развитию событий, и моментально схватил змееподобную рыбу поперек головы. Лола, потеряв режим спокойного сердцебиения, рекомендуемый фридайверам, ушла на всплытие. Рори тоже поплыл наверх, по пути отпустив мурену (которая мигом метнулась в свою рифовую нору).
Лола, оказавшись на поверхности чуть раньше, встретила его вопросом:
— Это что, был специальный пранк или оно само?
— Примерно посредине, — признался Рори, — здешние мурены склонны наводить ужас на незваных гостей, но эта поступила слишком экстремально. Может, вообразила, что ты намерена опустошить ее охотничьи угодья или перехватить ее партнера по нересту.
— О, черт! Неужели я выгляжу настолько голодной и сексуальной?
— Ну… Я не знаю насчет голодной, однако сексуальной ты очень даже выглядишь.
— О! Если это намек, и если ты знаешь поблизости удобное места для нереста…
…Сложно найти среди вариантов нерестового поведения рыб какой-то аналог, того что далее делали Лола и Рори, но все-таки аналог есть. Морские коньки, сформировав пару, медленно плывут к месту нереста, иногда прижимаясь брюшками и носиками, иногда – боками, а иногда сплетясь хвостами. У людей нет хвостов (тут печальная пауза) но есть длинные ноги, которыми, хотя не так изящно, однако, все-таки можно сплетаться. Что немаловажно, у людей есть еще и руки. Лишь благодаря рукам можно поднять эстетику эротизма человеческого нереста — почти до уровня таковой у морских коньков.
Удобное место представляло собой отмель — подводную дюну из кораллового песка на глубине около 5 футов. Тут рослый человек мог встать на песок, а голова оставалась над водой. Менее рослый человек мог применить стратегию «шимпанзе на пальме во время наводнения» (при условии, что роль пальмы сыграет упомянутый рослый компаньон)…
