– Я родилась в этом городе. И еще раз повторяю – ты принял меня за другую.
– Но не может быть такого сходства!!! – Ланс и сам не понял, что выкрикнул эти слова. И тут же, опомнившись, постарался внушить Миоле, что он не буйный сумасшедший.
– Вы действительно очень похожи, точно близнецы, – уже спокойнее сказал он, торопливо подбирая нужные слова, – это не просто так.
– Возможно, – она бросила настороженный взгляд в сторону лавки, – позволь мне уехать.
А потом вдруг шепотом добавила:
– Если ты обернешься, то поймешь, что лучше держаться от меня подальше.
Ланс оглянулся – «Еж» пристально наблюдал за их беседой. Рядом бестолково переминался с ноги на ногу здоровяк в латах.
«Вот, значит, как…» – его взгляд затравленно метнулся к Миоле, которая уже была в седле.
– Позволь хотя бы поговорить с тобой.
– Нет. Иди, проспись. Ты, кажется, слегка перебрал…
И, припустив поводья, она двинулась прочь. Не оглядываясь.
Ланс постоял-постоял, и лениво побрел следом, рассматривая витрины, отставая, но не теряя из виду золотую лошадку и ее всадницу. Те двое, что следили за их беседой, вернулись в лавку; Ланс ускорил шаг. В висках туго стучало одно-единственное имя.
– Теперь я не потеряю тебя, – пробормотал он, – это выглядит небывалым, но никому не ведомы истинные пути судеб… Что, если правда все то, что было сказано о мирах-близнецах?
А пирамиды – они подождут. Миола, его Миола была в беде, это ясно читалось в ее чистых серых глазах. И если ему придется сделать выбор между местью старшим и благополучием Миолы… Ланс ни мгновения не ломал голову над тем,
Вейра приехала в лавку Тоэса Мора к вечеру, от всего сердца надеясь, что тот еще не покинул Айруна. Иначе – где искать следы иххорца а заодно и загадочного Учителя? Она привязала Рыжуху, немного помедлила, размышляя над своей ролью мученицы – и вошла, с головой окунувшись в плотный мрак, напитанный запахами пряностей.
За прилавком было пусто. Мрак и сложное плетение запахов, да еще дрожащий огонек масляной лампы.
«И где же ты прячешься, Тоэс?»
Маленькая дверца, ведущая в задние комнаты, оказалась незаперта, и Вейра неслышно шмыгнула туда. Она пошла по коридору, осторожно заглядывая во все двери; повсюду – тишина, темень и пустота.
«Неужели уехал?!!»
Она лишь мотнула головой, отгоняя тревожную мысль. Если Тоэс Мор еще был в Айруне утром, несколько дней спустя после неудавшегося покушения на лорда, отчего он должен взять и внезапно скрыться? Хотя… Вот еще вопрос: почему он не уехал сразу? Был уверен в том, что Тиорин не сможет его найти? В том, что не явится отряд таверсов к лавке с пряностями? Или же иххорец был слишком самоуверен и полностью полагался на мудрость неведомого учителя?
Вейра добрела до открытой кладовки. Красноватые отблески метались по полу, из чего девушка пришла к выводу, что кто-нибудь там да есть – и не ошиблась.
…Тоэс Мор сидел за столом и раскладывал товар по маленьким мешочкам. Он сидел спиной к двери, а потому, погруженный в свое занятие, не заметил бесшумно вошедшей Вейры. Она несколько минут помедлила, рассматривая торчащие во все стороны пегие волосы, сгорбленную спину и поникшие под ярким халатом плечи.
«О чем же ты думаешь, Тоэс Мор? Неужто гибель тех, кто пошел к могильнику, так проняла тебя?»
Вейра прислонилась к дверному косяку.
– И ты просто так сидишь здесь? После того,
Леди Саквейра едва сдержала довольную улыбку: торговец пряностями едва не упал со стула. Затем его взгляд затравленно метнулся к ней.
– Ты?!!
Через считанные мгновения Тоэс отшвырнул мешочки и оказался рядом. Его пальцы неприятно впились в плечи, встряхнули зачем-то.
– Ты, Вейра?!!
– А кто же? – она резко освободилась, прошла внутрь кладовки, – или не думал меня увидеть, а?
Он смутился, но всего на миг; а затем в глубоко посаженных глазках вспыхнуло недоверие.
– Я думал, что ты, оставшись с Жильером, последуешь за ним. За Небесный Круг.
– Чему бы ты, несомненно, обрадовался? – Вейра непринужденно подхватила щепоть толченой кожуры цитрона, с наслаждением вдохнула терпкий и свежий аромат.
– Нет. Я бы не обрадовался, – глухо ответил Тоэс, – но, Вейра… Твое появление здесь кажется весьма странным. Порождение Бездны должно было тебя убить.
«Вспоминай, Вейра. Вспоминай… Жильера, и все то хорошее, что у вас было и могло быть… Потому как только тогда игра твоя будет хотя бы выглядеть пристойно».
Слезы набежали на глаза, и лицо Тоэса Мора поплыло, размазываясь акварелью.
– Убить?!! Поглоти тебя Бездна, Тоэс Мор! Уж лучше бы он меня убил… Да, убил! Но этот выродок придумал кое-что получше… Посмотри на меня!
И, резко сдернув платок, она подошла вплотную к Тоэсу, нырнув в кружок света.
– Что… – он попятился, – что с твоими глазами?..
