– Он меня пытал! – выдохнула Вейра в побелевшее лицо торговца, – он заставлял меня пить всякую мерзость, противную Небесному кругу… Тебе даже не снились те мучения, которые мне пришлось пережить… А это, – она небрежно указала на собственные глаза, – это случилось, когда я выпила яд… Я думала, что умираю, но чудовище, вдоволь насладившись моими воплями, влил мне исцеляющее снадобье…
Ее речь, казалось, впечатлила Тоэса Мора. Он хмуро почесал затылок.
– И как же ты сбежала?
– Владыки тоже спят, – вдохновенно выпалила она, – владыки спят… а таверсы падки на женщин… Но теперь – что нам делать? Я чувствую, он знает про нас, знает слишком много чтобы медлить… Возможно, потеряв власть над собой, я кое-что сболтнула, Тоэс. Но – видит Небесный Круг – не моя вина…
Воцарилось длительное молчание. Тоэс Мор уселся обратно и принялся задумчиво перебирать товар. Время от времени он поглядывал на Вейру, и порой ей казалось, что он не верит. Ни единому ее слову.
«Вспомни Возрождающую купель. Свою боль. Свой страх».
– Мне… да и тебе тоже нужно скрыться на время, бежать из Саквейра… – голос Вейры дрогнул, – где мы можем найти приют, как не под сильным крылом Учителя?
Взгляд Тоэса Мора стал подобен стали; взрезая с легкостью верхние слои души, он пытался добраться до самого сокровенного… Но Вейра не опустила глаз. Уступить – значило так и не узнать, кто стоит за шкатулкой, за смертоносным для эрга талисманом…
– Я хочу окунуться в свет его мудрости, – прошептала она, – я верю, что там, рядом с ним, мы с тобой будем в безопасности.
И тут же задумчиво добавила:
– Если, конечно, Учитель существует на самом деле, а не только в твоем воображении.
– Конечно же, нет! – вспылил Тоэс Мор, – как ты смеешь сомневаться? Как можешь даже допускать саму мысль о том, что тот, кто борется за свободу людей от демонов, всего лишь плод моего воображения?!!
– Я ни разу не видела его, – Вейра невинно улыбнулась, – помоги мне, Тоэс. Я… я правда боюсь… Очень боюсь, что
В лавке повисло молчание. Время застыло, увязнув в пряных ароматах и мягком сумраке. Тоэс Мор испытывающе глядел на Вейру.
– Почему ты молчишь? – мягко спросила она, – разве мало пришлось мне страдать?
Он вдруг пожал плечами. И уж совсем обыденно сказал:
– Выезжаем в полночь. Ты можешь пойти и собрать все необходимое.
…Она с облегчением вдохнула полной грудью, радуясь тому, что навязчивые ароматы пряностей отпустили.
– Я хочу уехать, – раз за разом повторяла она, – слишком опасно оставаться…
Тоэс Мор хмуро кивнул и побрел обратно в лавку. Рыжуха тихонько заржала, приветствуя хозяйку, задорно тряхнула гривой. У Вейры же под сердцем зашевелился скользкий червячок предчувствия. И – вот вам, пожалуйста. За спиной раздался мужской голос, приятный, как говорится, «бархатный», но с каким-то странным выговором.
– Почтенный, я бы хотел купить эту лошадь. Я заплачу столько, сколько скажешь.
Она только порадовалась тому, что нарядилась юношей. Да еще платок, скрывший тщательно обритую голову…
– Кобыла не продается, – Вейра не торопилась поворачиваться. Может быть, покупатель быстро поймет, что ему здесь ничего не светит и уберется восвояси? Однако она ошиблась.
– Но я могу заплатить так много, что на эти деньги ты купишь десяток таких.
Мысленно обозвав незнакомца «прилипалой», девушка сказала:
– По-моему, я достаточно ясно дал понять, что эта лошадь не продается.
И в этот миг его изящные, но на вид довольно крепкие пальцы нагло вцепились в уздечку Рыжухи. Та-ак… еще немного – и придется позвать на помощь Тоэса Мора. Неужто он не вступится за боевую подругу, пострадавшую во имя Саквейра? Вейра резко обернулась.
– Да что ты себе позволяешь!
Рядом, почти вплотную, стоял молодой мужчина. Похоже, чужестранец – слишком бледное лицо, на котором яркие синие глаза кажутся едва ли не кусочками лазурита, и коротко остриженные черные волосы – никто в Саквейре так не стригся. Ну, разве что бедняки… А этот совсем не был похож на человека, зарабатывающего на хлеб тяжелой поденной работой.
– Миола!!!
Вейра в недоумении уставилась на него. И почувствовала, что этот странный незнакомец не на шутку взволнован.
– Миола, – повторил он, продолжая цепляться за уздечку, как утопающий за соломинку.
Было что-то в его голосе такое, отчего Вейру бросило в холодный пот. Потом у нее возникло ощущение неправильности всего происходящего. Она – не Миола. Она – Вейра Лонс, а ныне еще и леди Саквейра. Но почему этот чужестранец смотрит на нее так, словно вновь обрел утраченную святыню?
– Ты ошибся, – в замешательстве пробормотала девушка, – я не та, за кого ты меня принимаешь. И, Небесный Круг, да позволь же мне уйти. А лошадь я не продам, она мне самой пригодится…
По молодому и – что уж себе лгать – красивому лицу пробежала короткая, как вспышка молнии, судорога. Он отпустил узду, но никуда не уходил, буквально пожирая Вейру глазами. Той стало совсем неуютно.
«Ох, знал бы ты,
Она легко забралась в седло, подобрала поводья.
