Затем – уж совсем некстати – она вспомнила того странного чужестранца, с красивыми синими глазами. Что он хотел от нее на самом деле? Разумеется, это был не внезапно проснувшийся старший эрг, но и обычным человеком его трудно было назвать. В какой-то миг Вейра даже ощутила странную,
Вейра повернулась набок, так, чтобы видеть догорающий костер. Маленькие язычки пламени еще плясали свой последний танец на черных поленьях, и смотреть на это Вейре было чрезвычайно приятно.
«Этот странный чужеземец называл меня Миолой», – размышляла она, – «и, похоже, был абсолютно уверен в том, что я и есть она… или она есть я… А, может быть, именно так оно и есть? И я – Миола?»
Это было совершенно невозможным. Ибо Вейра Лонс прекрасно помнила свое детство, свою мать, убежавшую с купцом, то, как росла…
– Но он был так уверен в своих словах, – прошептала Вера огню, словно тот мог дать ей совет, – он…
Девушка осеклась. И вдруг невольно позавидовала той неведомой Миоле – потому как в ярких синих глазах мужчины… Да, так на нее не смотрел никто – ни Жильер, который прежде всего видел в ней подругу детства и соратника в борьбе против власти эргов, ни Тиорин Элнайр, который вообще не имел сколь-нибудь весомых причин хорошо к ней относиться… Вообще, просто чудо, что лорд Саквейра вел себя с ней столь доверительно, учитывая обстоятельства их первой встречи…
А в больших, выразительных глазах чужеземца пылал когда-то зажженный и не угасающий огонь любви. И в тот миг, когда он ловко заключил ее в объятия… Да, тогда ей показалось, что все это уже было… когда-то. Не под этим небом, где-то очень, очень далеко. Но вместе с тем на душе пеплом осел горький осадок, словно напоминание о чем-то плохом и срашном.
Вздохнув, Вейра села на своем ложе. Спать ей расхотелось совершенно.
– Да что за глупости, – сердито пробормотала она, и тут же бросила взгляд на Тоэса Мора – не проснется ли? Тот завозился под одеялом и перевернулся на другой бок.
Вейра неслышно поднялась, на цыпочках прокралась к костру и уселась рядом с пылающими углями. Было похоже на то, что в сердце ее происходило нечто странное. То, чего никогда не было раньше – даже тогда, когда Жильер впервые поцеловал ее. Она упрямо тряхнула головой, и опять – совершенно неуместное, навязчивое воспоминание о крепких руках на талии, ощущение тепла чужого тела на щеке… На сей раз Вейра постаралась быть предельно циничной.
«Га-а… Да ты, похоже, втрескалась по уши, молодая дурочка! В человека, которого видела всего раз в жизни, которого никогда больше не увидишь и который – заметь – любит не тебя. Причем любит так, что в его сердце никогда не будет места другой женщине!»
Помогло. По крайней мере, наваждение схлынуло. А в пылающем хаосе раскаленных углей… Вейре едва не подскочила. Да, в самом деле – она видела лицо лорда Саквейра. Слегка утомленное и печальное, как показалось Вейре.
– Тиорин? – она едва верила своим глазам.
– У тебя все в порядке? – негромко осведомился эрг, – помни, что мы можем говорить через огонь, поскольку это наша родная стихия, а ты привязана ко мне его силой.
– Я еще не видела шкатулки, – шепнула Вейра, склоняясь к кострищу, – мне кажется, лучше не спешить… иначе они заподозрят…
– Ты все правильно делаешь. Тебе что-нибудь угрожает?
Она покачала головой.
– Нет. А ты… где ты сейчас?
Хотя, на самом-то деле, разве может она требовать ответа у самого владыки Саквейра?
– Я точно также сижу у костра на полпути к Эльдан-ха, – спокойно ответил эрг. И чуть тише добавил, – Кайрина де Гиль отправилась за Небо.
– Мне жаль, – не задумываясь, скороговоркой выпалила Вейра. Она терпеть не могла, когда нужно словами выражать сочувствие… Потому как иногда слова бывают лишними. Совершенно.
– Мне тоже, – Тиорин качнул головой, – она была неповторимой… И мне ее всегда не хватало.
И тут Вейра, выдержав паузу, решилась задать вопрос. Который вызрел совершенно случайно и нежданно, как дикая слива посреди ухоженного сада.
– Скажи, что бы ты сделал, если бы… если бы я… если бы ты… застал меня с другим мужчиной?
Крайние угольки, что составляли рисунок губ эрга, поползли в разные стороны, и Вейра, к собственному облегчению, поняла, что лорд улыбается.
– Мне было бы неприятно. Но ты – леди Саквейра, эрг, и вольна сама выбирать себе мужчин. Всех, кого пожелаешь…
Разумеется, он тоже видел лицо Вейры, потому как улыбка стала еще шире. Наверное, Тиорина развеселили ее вытаращенные в изумлении глаза… Но в следующий миг костер пыхнул, угли рассыпались. А на плечо Вейры легла тяжелая рука.
– Что ты делаешь? – сухо поинтересовался Тоэс Мор, – я слышал голоса. Что тут, Бездна меня побери, происходит?!!
