– Дурной знак, – пробормотал он, – дурной…
И проснулся.
Над головой простирался грязный потолок. Под ладонями – шершавое, согретое телом полотно.
Несколько мгновений шеннит лежал, не шевелясь, судорожно вспоминая… И этот сон, дыхание недавнего прошлого – почему именно сейчас? Не очередной ли знак Судьбы?
Он резко сел на постели.
Последним его воспоминанием было то, как Миола остервенело торговалась с ярко накрашенной полной женщиной средних лет; но голова у Ланса просто раскалывалась, и он с трудом улавливал предмет разговора. Кажется, речь шла о комнате на ночь…
Потом, уже в серой мути, он покорно переставлял ноги по скрипучей лестнице, и Миола тащила его на себе куда-то вверх, изредка роняя крепкое словцо – когда ноги заплетались. Дальше – темнота.
А сейчас она сидела в проеме окна, и рассвет румянил ее бледные щечки. По-прежнему в косынке, повязанной так, что не видно обритой головы.
Ланс улыбнулся, она состроила в ответ премилую гримаску.
Но что же могло случиться с ним, шеннитом, что он так обессилел? Даже алмазная пирамида далась легко, а вот заковать в лед и разбить того огненного здоровяка… Ланс хмуро качнул головой, словно подобное взбалтывание мыслей могло привести к какому-либо результату. Что-то неладно с протоками силы Дхэттара, что-то не так, как в Арднейре.
«Ну и что в этом странного? Не забывай, что ты здесь – просто чужак».
Он отмахнулся от надоедливых мыслей и с совершенно дурацкой улыбочкой поглядел на Миолу. Щуплая, как воробей, девушка продолжала сидеть на подоконнике. А потом сообщила:
– Мы в доме удовольствий… Так что пусть тебя не смущают мелкие неудобства. Здесь… все так. Уж извини, я затащила тебя в первую дверь, которая попалась на пути.
– Спасибо тебе, – Ланс торопливо откашлялся, – я… не ожидал, что со мной случится нечто подобное.
– Но ты недурственно разделался со старшим эргом, – кокетливый взмах темных ресниц, – как тебе это удалось? Я никогда не видела ничего такого.
Она выглядела спокойной, сдержанной. И – в серых глазах плясали отсветы алой зари.
– Вейра… – чужое имя непривычно скомкалось на языке, – я шел за вами от того города, где мы впервые встретились. Я чувствовал на тебе дыхание опасности и не ошибся… Я же говорил, что никогда тебя не брошу?
– Слишком богатый подарок, – задумчиво пробормотала она, – и ты так и не ответил. Кто ты такой, Бездна тебе на голову?
Шеннит поднялся на ноги, подошел к ней поближе. Голова кружилась, и неясно от чего – то ли от вчерашней странной немочи, то ли от столь знакомого запаха.
– Видишь ли, – он на миг задумался, как бы понятнее объяснить, – я пришел из иного мира, где был… почти богом. Младшим богом, если быть точнее. Я пришел сюда с определенной целью, и, на счастье, нашел тебя.
– А, так, значит, это удел богов – делать из воздуха камни, а эрга замораживать в ледяной глыбе?
Она вдруг рассмеялась. И откровенно добавила:
– При желании ты мог бы править этими землями, Ланс. Потому как здесь никогда не было никого могущественнее эргов, детей Бездны и Первородного пламени. Не это ли твоя цель?
– Нет. Я должен сделать здесь кое-что и вернуться к себе. Таким образом мы свергнем старших богов в нашем мире, которые погружаются в пучину безумия.
Лансу хотелось прикоснуться к щеке Вейры (Миолы?), но он не решился. Вдруг испугается и сбежит?
– Здесь уже было подобное, – с важным видом кивнула она, – с тех пор правят младшие эрги, и в серединных землях воцарился покой. Только вот…
И Вейра замолчала, о чем-то задумавшись.
– Почему они хотели тебя убить?
Она вскинула на него испуганный взгляд.
– Неважно. Тебе… все равно не понять. Да и какое дело чужому богу до этого?.. Кстати, надеюсь, деньги у бога имеются? Нам скоро платить за ночлег в этом замечательном месте.
Стоило ей договорить, как ветхая дверь затряслась от мощных ударов.
– А вот и хозяйка.
И вдруг, по-ребячьи прищурившись, Вейра поинтеерсовалась:
