«Ну и что? Так… тоже неплохо. Ты навсегда останешься с Вейрой, и когда-нибудь ее сердце вспомнит тебя… когда-нибудь…»
Теперь уже Ланс не сомневался, что слуги старших проникли в его дом по указке Цитронии; что может быть лучшим доказательством безумия богов, нежели бесцельный погром и бессмысленное нападение на младшего?
«Какой я дурак,» – беззлобно подумал шеннит, – «да и все мы… А Цитрония – слишком умна, но как бы ее ум не обернулся против нее же».
И Ланс улыбнулся восходящему солнцу Дхэттара.
Теперь, когда он выяснил все, оставалось только вернуться к Вейре, в город под названием Айрун.
Ланс вспомнил ее легкую, пугливую красоту. И о каких последствиях можно думать? Да это самое лучшее, что только вообще может случиться – быть рядом с ней, прожить еще одну короткую человеческую жизнь…
Шеннит зло скрипнул зубами. Вот оно… Ради чего, собственно, и была подарена булавка с кусочком сердолика.
Ланс и не стал разбираться. Миг – и купол растаял, это отозвалось под сердцем тянущей болью. Удар ножом по ремням, стягивающим ноги кобылы; пусть себе бежит, куда заблагорассудится. До жилья не так уж и далеко, а животинка накормлена и напоена.
Со следущим вздохом он уже вцепился в трепещущую нить, раздирая материю Дхэттара, крича от той боли, что причинял стальной обод, сдавивший череп, но… Все-таки нырнув рыбкой в разрыв и вывалившись на тщательно взрыхленную, мягкую почву.
– Вейра!!!
Он ослеп и оглох; не зря
…Дни шли, а
– Я ведь тебя не задерживаю. Отправляйся, если считаешь нужным.
И каждый раз лорду Саквейра хотелось обозвать ее маленькой дурочкой. Как он может оставить ее одну, когда волчицей бродит по серединным землям Тэут-Ахи, и никаких вестей от эргов Меонара? Да и Теш Кион, владыка Иххора, тоже куда-то запропастился. Раньше Тиорин обязательно бы отправил пару таверсов разузнать, что стряслось с эргом Иххорских земель, но вот теперь – либо поезжай сам, либо пробуй докричаться через огонь. А эрги Шеззара ждали и принимали из блуждающего портала, и стоило бы поторопиться, не испытывать их терпение…
– И все-таки я дождусь нашего гостя, – сухо отвечал эрг, – дождусь, и потом отправлюсь.
А про себя добавлял – «когда он будет хранить тебя, как самое дорогое сокровище». Потому как ничто не заставит оберегать Вейру лучше, чем любовь, Тиорин был в этом абсолютно уверен.
Чтобы коротать время, были извлечены из тайника старые шпаги. Вейра всплакнула над ними, но ни в чем не упрекала, понимая, что даже самый маленький зверек может укусить, обороняясь, а что уж говорить про младшего эрга… Фехтовала она, на взгляд Тиорина, отвратительно. Но не это занимало его; умение размахивать железками придет с годами… Даже на тренировки юная леди Саквейра являлась с неизменно заколотой сердоликовой булавкой.
«Боги никогда ничего не дарят просто так», – думал лорд Саквейра, поглядывая на украшение, – «и даже подарок возлюбленного не таскают за собой с таким упорством».
Он несколько дней думал. А потом решился на рисковую игру, которую и затеял тут же, в саду, со шпагой в руке.
– Тебе дороги эти ржавые железки?
Вейра недоуменно поглядела на него, задетая язвительным тоном.
– Да, Тиорин. И не спрашивай.
– Значит, их подарил тебе этот… как бишь его звали…
– Жильер.
В голосе девушки появился металл.
– Ты хранишь подарок преступника, посягнувшего на мою жизнь, – обронил Тиорин, делая пробный выпад. Который был тотчас отбит.
– Я сама, как видишь, преступница, – зло сказала Вейра, – и меня следовало убить… еще тогда, на поляне…
Ее глаза покраснели, но не от отблесков Первородного пламени, а от тщательно сдерживаемых слез. И Тиорин решил, что сейчас – самое время.
Состроив самый страшный оскал и придав взгляду самое безумное выражение, на какие только был способен, он ринулся на Вейру с рыком:
– Вот сейчас и убью!
Она сперва горько усмехнулась.
– Не шути так, Тиорин… Я…
А потом ей стало некогда болтать. Только и оставалось, что уворачиваться от зло вспарывающей воздух шпаги.
– Остановись! – на ее лице появились первые проблески страха, – что же ты…
А Тиорин подумал, что мог бы стать бродячим артистом и разъезжать в повозке по серединным землям. Впрочем, рубился он не в шутку, и, попадись Вейра под руку…
– Я тебя убью, – для пущей убедительности прорычал эрг.
Вперед, удар за ударом. Глаза застилает кровавая пелена.
«Остановись… остановись пока не поздно…»
