– Некоторое время она будет помнить о нашем подарке, – ухмыльнулся Мевор, – а большего и не нужно.
Тиорин попробовал приподняться, так, чтобы Мевор не заметил этой пустой, безнадежной попытки. Совсем чуть-чуть… Хотя бы голову оторвать от леденящего кровь камня… И тут же со стоном распростерся на полу. Каблук Адрейзера красноречиво надавил на ошейник.
– Лучше бы ты не шевелился, Тиорин. И, пожалуй, я прикажу перенести тебя в другое место, чтобы ты не сдох до моей встречи с прекрасной богиней пламени… Ну, а чужак… Чужак, увы, остается на потом.
Хватая ртом воздух, Тиорин лихорадочно думал. Воспоминания повисли пиявками, мутя рассудок; попасть к Тэут-Ахи вовсе не значило отдать свой огонь Бездне. Наоборот, уж она постарается, чтобы с ним ничего не случилось…
– Погоди, – он все-таки приподнялся на локте. Ошейник вмиг налился жаром; похоже, это был не просто железный обод, стянутый болтом…
– Что тебе? – Мевор удивленно приподнял брови.
– Как ты будешь искать чужака? Ты… ты не знаешь, где он, как выглядит и как его отличить от простых смертных.
Казалось, вопрос поставил Мевора в тупик. Он тяжело уставился на беспомощную, но еще пытающуюся куснуть жертву.
– Я хочу предложить сделку, – прошептал лорд Саквейра. Громче сказать не получилось, но Тиорин был уверен, что Мевор Адрейзер и так услышит все, что ему интересно, – я приведу тебя к чужаку в обмен на свою свободу.
– Ты хочешь сказать, что узнаешь его среди тысяч смертных?
– Да. Я… видел его. И знаю, где его искать… Знаю, как убить, ничем не рискуя. Так что…
Мевор прищурился.
– Сдается мне, ты лжешь.
– Ты ничем не рискуешь, – Тиорин кисло улыбнулся, – подумай об этом…
– Что, не хочешь возвращаться к Тэут-Ахи?
– А ты бы хотел? На моем месте?..
Тиорин из-под полуприкрытых век смотрел на Мевора; тот несколько мгновений раздумывал…
Лоб эрга прочертила глубокая складка.
Взгляд серых, с алыми искрами, глаз впился в лицо пленника, и Тиорин постарался выглядеть отчаявшимся и жалким. Не эрг, не лорд – а до полусмерти напуганный человечек, готовый лизать подошвы сапог бога огня, только бы не попадать к древней и безумной Тэут-Ахи…
– Раз уж речь зашла о чужаке, – задумчиво проговорил Мевор, – тебе не кажется, что я мог бы узнать все, что нужно, не заключая с тобой никаких сделок? Я мог бы сделать так, что ты сам будешь умолять выслушать тебя…
Тиорин позволил себе ироничную улыбку.
– Неужели ты полагаешь, что сможешь меня запугать? Право же, Мевор, я был о тебе лучшего мнения… Ты забываешь о том,
– Ты думаешь, что никто не сравнится с Тэут-Ахи? Ну-ну… – Мевор покачал головой и еще раз придирчиво оглядел Тиорина, – соблазно-то велик… испытать на тебе все, что мы сотворили за долгие годы покоя в чреве Шенду-ха.
Воцарилось молчание. Они смотрели друг другу в глаза, палач и жертва, и каждый понимал, что отвести взор значило проиграть.
… Мевор вздохнул.
– По рукам. Но я уж постараюсь, чтобы ты никуда не сбежал.
«Потому что все равно от тебя избавлюсь», – про себя закончил Тиорин.
Он отвернулся к стене, чтобы не видеть Мевора Адрейзера. На душе было мерзко, так мерзко, как только может быть в давно не чищеном отхожем месте. Потом тюремщик удалился, тяжело грохнул засов по ту сторону двери, и наступила тишина.
Все та же, страшная, высасывающая силы, мутящая рассудок.
– Но чем-то все равно пришлось бы жертвовать, – шепнул Тиорин в темноту, – что я могу еще сделать? Ничего.
– И что мы будем делать, когда доберемся до Шенду-ха? Просто так постучимся и скажем – отдайте лорда Саквейра, который отправился к вам семерик тому назад?
Вейра пожала плечами, не оборачиваясь. Она ехала чуть впереди на Рыжухе, словно знала дорогу. Хотя, несомненно, поездка в Шеззар была для Вейры Лонс первой.
– Ты ведь даже не знаешь, там ли он…
– Мы спросим эргов, навещал ли их владыка Саквейра, – предложила она, – а если ложь будет очевидной… что ж, тогда придется пробраться в замок и выяснить все самим. Понимаешь, Ланс, если бы с Тиорином было все хорошо, он обязательно бы поговорил со мной…
Шеннит пришпорил свою лошадку, купленную в Айруне, и, поравнявшись с Вейрой, сказал:
– Я не понимаю, откуда у тебя такая уверенность. Я лишь вижу, что мы едем в Шеззар сами не зная зачем, из-за одного лишь твоего дурного предчувствия.
– Ты мог бы остаться в городе.
Вот вам и все. Ланс – уже в который раз – подумал, что нет дела более безнадежного, нежели спор с женщиной. Особенно если эта женщина – любимая.
– Расскажи мне про Миолу, – вдруг попросила Вейра, – если я – это она… Быть может, твой рассказ разбудит во мне
Сердце дрогнуло и вмиг налилось сладкой болью, какая бывает только если мелкими глотками пить яд воспоминаний.
Ланс покачал головой.
– Думаю, не стоит. Да и зачем ворошить старые и сухие листья, когда на ветвях уже распускаются новые?
