- Верно… а потому не стоит винить меня в том, что я делаю. Я бы хотела сделать людей частью себя ещё до начала конца, но это попросту невозможно. Вы чужие. Вы не принадлежите этому миру… Лишь ты и тебе подобные станут частью меня, и это безусловно порождает новый конфликт. Однако ты теперь на другой стороне, а потому принимай решения взвешенно. Погибну я, погибнешь и ты. А вместе с нами и всё живое на планете, - голос Тени вновь разнёсся над головой лесного чёрта, и вновь она не соизволила появиться перед ним «во плоти».
- Куда уж взвешеннее… - прохрипел он себе под нос, окончательно покинув разграбленный лагерь. Теперь его путь лежал к самому краю долины – Лютый хотел заново оценить, что стало с их миром, уже по-новому, не как человек.
Сильное выносливое тело лесного чёрта легко справлялось с затяжным подъёмом даже не потеряв в темпе бега. Когтистые ноги его играючи цеплялись за грани камней, порой оставляя глубокие борозды и даже кроша твёрдую породу, а новые руки играючи держали его вес, стоило только согнуть суставы под нужным углом. Он мог даже не напрягаться, зависнув над пропастью, ибо суставы его сами собой разогнуться попросту не могли! Лютый благодаря им был способен висеть на острых гранях скалы только за счёт собственного веса – его лапы сами собой сжимались, когда ощущали противодействие своей жертвы в попытке разжать хватку. И даже будучи полностью голым, лесной чёрт не получил ни царапины во время восхождения на самый высокий из перевалов долины, располагавшихся с северной её стороны.
Поднявшись на огромный валун и за пару вдохов переведя едва сбившееся дыхание, Лютый наконец встретился взглядом с видом залитой закатным солнцем пустоши…
- Смерть с оттенком заката... что может быть лучше? – с каждой секундой созерцания отравленной пустоши, в сердце его всё сильней разрастались печаль и гнев… а ещё дрожь то ли от страха, то ли от омерзения. Ему было страшно идти туда, вниз, где жизни почти не было, а та, что ещё ощущалась, воспринималась словно поражённая проказой дворовая шлюха….
- И когда не станет на планете деревьев, а последний свободный зверь будет убит, люди запоздало поймут, что нельзя есть золото… Полнейший пиздец! – резко развернувшись, Лютый поспешил убраться куда подальше от края его нового мира.
Он не станет сражаться за тот, старый мир, пропахший ядом и алчностью. Только сейчас он понял это настолько отчётливо, что даже на зубах его скрипел гнев.
Спустившись с перевала, Лютый почти сразу окунулся в мир ночного леса, ибо за счёт гор, опоясывающих долину, и деревьев, поглощавших большую часть освещения, ночь наступала здесь раньше, чем в пустынной земле по соседству. Присев на поросший мхами валун, лесной чёрт заново осмотрелся, отметив своё отменное зрение в условиях темноты и даже видение чужого тепла, и обратил взор обратно к небесам, туда где начали загораться первые звёзды.
- Мне кажется ты уже определился с ответом, - со спины Лютого вновь нежно заблестели золотистые икры непонятной природы, а ощущение заботы и тепла вновь обволокло его сзади, окончательно успокоив.
- Определился… но не всё понял. Расскажи, наконец, что я такое? Почему меня слушают насекомые, а животные теряют волю, стоит мне этого захотеть? Зачем эти чёртовы рога на голове, наконец, и что мне со всем этим делать? – подёргав свои отростки, ставшие почти прозрачными в сумерках, он занял весьма твёрдую позицию в отношении своей создательницы. Либо она будет с ним откровенна во всём, либо их союз так и развалится, толком даже и не начавшись. Он не мог позволить себе быть легкомысленным и прекрасно осознавал, что сейчас Тень пытается им манипулировать. Но всё это Лютого волновала мало – он уже потерял шанс вернуться в мир обычных людей, а значит ему только и остаётся что выработать новые убеждения и определить свою собственную политику в новом для него мире.
- Я могу ответить тебе в развёрнутом виде, но начать придётся немного издалека…
- Рассказывай уж, - времени у них было много, Лютому даже спать ещё не хотелось, хотя ночь и взяла уже власть над большей частью этого континента.
