Злой, как черт, Уоросс обрушился на Оруша со спины. Вот только великан, столь беспомощный перед незнакомцем в плаще, на поверку оказался достойным противником. Он мгновенно развернулся, выбрасывая свой ятаган навстречу. Клинки завизжали, выбивая фейерверки искр.
— Он мой! — закричал огневолосый. — Кто мне помешает, станет моим врагом навеки.
Но каждому из них и своих противников хватало. Скульптор бросился к Даоссе, но ему преградили путь два орба. Шэрон, успевший незаметно забраться на ель, спрыгнул оттуда прямо в середину сгрудившихся в кучу разбойников, и теперь сражался сразу с пятерней. Лэппэл смерчем обрушился на них с другой стороны. Бес, расправившийся с одним орбом, метнулся к следующей своей жертве, смыкая мощные челюсти на горле.
Коросс вертелся волчком, нападая сам и отражая сыпавшиеся со всех сторон удары. Краем глаза он увидел взметнувшийся над его головой топор, но меткая стрела пронзила руку орба, заставляя того выпустить оружие. Коросс ударом ноги отбросил орба в сторону и нырнул под ятаган другого. Смертоносный укол, и вовремя освободившийся от тела меч вновь высек искры, встречая следующий клинок. Скользнув вниз по кривому лезвию, меч отрубил руку, сжимающую ятаган, а точный удар кинжала в сердце оборвал крик. Взвиваясь в воздух, он ушел от следующего врага, чтобы оказаться за его спиной. Обернуться орб не успел. Еще один упал со стрелой в шее, так и не завершив замаха топором.
Хоть противник превосходил количеством, каждый в их небольшом отряде стоил десятка горцев. А если бы была возможность применить Силу, то и намного больше. Вскоре почти все враги были повержены. Только Уоросс продолжал биться с Орушем. По мере того, как битва затягивалась, огневолосый злился все сильнее, а на уродливом лице Оруша расплывалась довольная улыбка. Несмотря на тяжеловесность, орб обладал быстротой хищного зверя и сверхъестественной интуицией.
— Я сам, — гневно крикнул Уоросс, тяжело дыша, заметив, что Коросс решил встрять в бой.
Ятаган просвистел в миллиметре от головы Уоросса. Отпрыгнув, он поскользнулся и упал на землю. Зарычав, Оруш взвился в воздух, собираясь всем своим телом обрушиться на огневолосого. И тогда Уоросс вскинул руки и прошептал несколько слов.
— Нет! — одновременно вскрикнули Арона и Лэппэл.
Бес рванул было к огневолосому, но Арона успела повиснуть на шее пса. Могучее тело орба рухнуло туда, где еще секунду назад находился Уоросс.
Сначала ничего не происходило. Лежащий на земле Оруш казался массивной горой по сравнению с другими орбами. Воистину, еще недавно это был мощный воин.
— Он мертв? — шепнула Арона.
Коросс сжал ее руку и покачал головой.
Орб медленно поднял голову и вперил мутный взор на Уоросса. Из его рта стекала тонкая струйка слюны.
— На четвереньки, свинья, — скривившись, приказал Уоросс. — Сейчас ты оттащишь трупы подальше от костра и будешь сторожить их, как самое ценное сокровище в своей никчемной жизни.
Оруш бросился к первому трупу и, с жаром вонзив в него зубы, потащил его к лесу, рыча как собака.
Уоросс с трудом поднялся и, прихрамывая, подошел к Даоссе, которую уже осматривал Скульптор.
— Как моя кузина? — прошептал огневолосый.
— Я блокировал боль и погрузил госпожу в сон. У нее перелом бедра, сотрясение мозга, многочисленные гематомы, но внутренние органы, хвала Силе, не повреждены, — отчитался Скульптор о результатах своего осмотра.
— Хорошо, — голос Уоросса был обманчиво спокойным. — Приступай к лечению. Я хочу, чтобы завтра кузина проснулась здоровой.
— Для этого мне понадобиться много Силы Осс.
Уоросс посмотрел туда, где сгрудились пленницы. Их уже освобождал Шэрон, перерезая туго затянутые веревки.
— Нет проблем. Сила будет, — пробормотал он.
— Уоросс, повреждения болезненны, но не опасны. Даосса со временем поправиться, — вмешался Коросс.
Ему не нравилась мрачная одержимость, вспыхнувшая в глазах огневолосого.
— К Мраку «со временем». Моя кузина должна быть здорова сейчас, — прорычал Уоросс.
— Это невозможно. Здесь нельзя пользоваться Силой.
— К черту запреты! К черту опасность!
Лэппэл взял огневолосого за грудки и основательно встряхнул его. Скульптор начал было подниматься, чтобы вступиться за своего господина, но Коросс покачал головой, призывая оставаться на месте.
— Ты — избалованный ребенок, а не правитель, — прошипел Лэппэл. — Либо берешь себя в руки, либо я выбиваю из тебя все твои жалкие петушачьи мозги. Здесь тебе не Кросс. Использование Силы нам всем грозит серьезными неприятностями.
— Моя кузина умирает!
— Она сильно избита, но не умрет. Раны не смертельны. Ты же слышал, что сказал Скульптор. Как только вода спадет, вы отправитесь в Кросс, и там можешь делать все что хочешь.
— А ты останешься здесь и узнаешь тайны драконов?
Они уже кричали, сверля друг друга пылающими ненавистью глазами.
Лэппэл первым взял себя в руки.
