— Ищущие насыщаются эманациями страданий жертв, — прошептала Арона. — Для них это намного вкуснее крови. Наверняка, здесь собрались и другие твари. Просто мы их не видим. Они не любят открытых поверхностей. До рассвета мы не сможем проникнуть в селение. На нас, как на чужаков, сразу наброситься вся нечисть, собравшаяся там. Но к утру все попрячутся под землю. Несколько дней находиться в подземельях будет очень опасно. Пока все эти твари не успокоятся и не впадут в спячку до следующего жертвоприношения.
— Уоросс продержится до утра?
— Наверняка, — расстроено откликнулась девушка Короссу. — Орбы искусные палачи. Религия Мрака требует, чтобы страдания длились долго. Существует предание, что если жертва продержится тринадцать дней и ночей, Мрак войдет в нее, и станет править этим миром. Орбы очень мечтают о воскрешении своего бога. Однажды у них почти получилось. Один человек выдержал весь этот срок, но когда его освободили от оков и поклялись в верности, он прыгнул в Разлом.
— Уоросс не позволит никакой мерзости командовать собственным телом! — набросилась на нее Даосса. — Мой кузен сильный. А вот в Скульпторе я ошибалась. Почему он не вызвался заменить Уоросса?
— Вряд ли его спрашивали, Даосса, — тихо заметил Коросс.
— У Скульптора своя пытка, — прибавила Арона. — Не трудно догадаться, что следующей жертвой будет он. И все то, что испытывает сейчас Уоросс, чуть позже испытает и Скульптор.
— Конечно, — презрительно фыркнула Даосса, — он будет заботиться об Уороссе до последнего, чтобы отсрочить собственную казнь.
— Ты же знаешь, что это не так, — покачал головой Коросс. — Будучи доверенным слугой Дома, он физически не может причинить вреда своему господину. Даже если Уоросс будет умолять его об этом. Он связан магией.
— Как и я, — горько заметил Шэрон. — Я так виноват перед Донной. Где теперь она?
Арона вздохнула, указав вниз.
— Под нами. В гареме Оруша.
— Так освободим ее, — побледнел Шэрон.
Лепэр поднял руку. Все это время он не вмешивался в разговор, напряженно о чем-то думая.
— Погодите… Арона, тот человек, который смог так долго выдержать пытки… Ты знаешь, кто он?
— Отец, — прошептала девушка. — Он пришел за матерью к орбам на следующий день после того, как она попала в плен. Оруш пообещал, что если отец продержится заветный срок, он освободит ее. Но Оруш не освободил. Мы с мамой думали, что отец умер, а он просто сбежал.
— Зато, теперь понятно, почему Рока слушаются эти твари, — потер подбородок Лепэр. — Это все сильно осложняет.
— Что осложняет? — спросил Коросс, переглядываясь с остальными.
— Помните колодец, мимо которого мы проходили, когда искали Арону? Это одна из древних установок, генерирующих энергию. Вода наполняет подземный резервуар, имеющий форму линзы. В активированном состоянии он работает как магическая ловушка, улавливая Силу со всех окрестностей и телепортируя ее на Зеркало… Так вот, колодец был пуст уже многие сотни лет. Во время нашествия Мрака русло подземной реки было завалено. Но когда мы шли искать Арону — река снова текла в колодец. Сначала я думал, что это естественный процесс: вода размыла камень и вернулась в старое русло. Но при здравом рассуждении следует признать — произошло это буквально на днях. Вот что вынудило пещерного ящера покинуть свое логово и выбраться на поверхность.
Все молчали, напряженно взирая на Лепэра.
— Все очень плохо. Рок сбил меня своими разговорами. Как всегда обманул, выкладывая часть своих планов, уводя от главного, — забормотал Лепэр, разговаривая сам с собой. — Но зачем ему так много энергии? Зеркало и так находилось в рабочем состоянии…. Нет, этого не может быть. Я сам себя накручиваю… Прошло уже более суток, как заработал генератор… Мы бы почувствовали, если бы Рок решил призвать Мрак…
— Как почувствовали?
— Разлом запечатан. Если бы Рок с помощью Зеркала направил туда силовой луч, Печать сдвинулась бы, выбрасывая в атмосферу достаточно большое количество пепла.
— Черный снег был, — переглянувшись с Короссом, заметила Арона. — А потом, когда мы шли под Горой мимо Разлома, там что-то скрежетало. Что все это означает?
Лицо Лепэра исказило отчаяние.
— Что я дурак. Рок — Демон, и он пытается открыть Врата.
— Но Рок умер! — воскликнула Арона. — Или нет?
Лепэр не ответил, закрыв лицо руками.
— Подождет этот ваш Рок. Надо спасать Уоросса, — заволновалась Даосса. — Лепэр, ты ведь можешь превратиться в Дракона и разогнать Ищущих. И ты, Арона, тоже. Вы займетесь упырями, мы — орбами. Давайте сначала спасем кузена и остальных, а потом уже будем думать о спасении мира.
— Магией пользоваться сейчас нельзя. Драконьей, тем более, — покачал головой Лепэр. — Близ Разлома, да еще сейчас — это лишь усугубит и без того очень опасное положение. Если я прав — Печать нестабильна, и нужно, как никогда, соблюдать осторожность.
Но Даосса не слушала его. Она требовательно уставилась на Арону. Та покачала головой:
— Я не знаю, Даосса, как у меня тогда получилось. Просто раз, и превратилась.
На лице Даоссы проступило глубокое разочарование, но она не оставляла попыток найти выход.
