– Я поняла! – неожиданно рассмеялась София.
– Что поняли?
– Что вам пора бежать, – продолжая улыбаться, ответила хозяйка.
– В общем-то, вы правы, но это не говорит о том, что я была неискренна с вами.
– Я знаю, – став совершенно серьёзной, кивнула Сафронкова, – просто…
– Что просто?
– Мне стало легче после того, как я открылась вам. Так трудно всё держать в себе, – призналась София.
– Я понимаю, – кивнула Мирослава.
– Спасибо.
– Я думаю, что мы ещё увидимся.
– По поводу? – забеспокоилась женщина.
– Без повода, – успокоила её Мирослава, – просто встреча двух женщин, которым приятно провести время вместе.
– Против такого повода я бы не стала возражать, – улыбнулась женщина.
Расстались они если и не подругами, то очень хорошими знакомыми.
Покинув квартиру Сафронковой, Мирослава решила, что ещё успеет навестить родителей Софьи. Её не смущало, что они жили на окраине, она надеялась, что успеет добраться до родительского дома Софьи Сафронковой до появления на дорогах вечерних пробок.
И она не ошиблась в своих предположениях. Через час с небольшим серая «Волга» детектива въехала в старый, заросший кустами сирени и акации двор и прижалась к бровке.
Выбравшись из салона и закрыв машину, Мирослава подошла к двери подъезда. Несмотря на то что дом был построен в начале прошлого века, на двери стоял вполне современный домофон, которому от силы было года три. Мирослава набрала номер квартиры и услышала невесёлый мужской голос:
– Кто там?
«С чего бы им веселиться», – промелькнуло в её голове, прежде чем она ответила:
– Детектив Мирослава Волгина.
Голос из домофона ничего не ответил, но дверь открылась. Мирослава вошла и по лестнице поднялась на третий этаж. Дверь нужной ей квартиры была уже открыта. На пороге стоял молодой широкоплечий мужчина. Его тёмные волосы на висках были слегка тронуты сединой, а глаза настороженно вглядывались в фигуру поднимающегося по лестнице детектива.
– Здравствуйте, – проговорила Мирослава, приблизившись к мужчине и протянув ему удостоверение. Она едва успела подумать, что мужчина, судя по его возрасту, никак не может быть отцом погибшей Софьи Сафронковой, как он заговорил:
– А я Константин Сергеевич Тимофеев, брат Софьи. Вы ведь из-за неё пришли?
– Да. Вы уже всё знаете?
Он кивнул:
– Анюта в новостях увидела.
– Ваша жена?
– Нет, сестра. Она сразу ко мне прибежала, не знала, как сказать родителям. Софья хоть и сбежала от нас, и общаться не желала, но ведь всё-таки родная кровь.
– Понимаю.
– Я кинулся звонить сначала зятю, Даниле Сафронкову. Но его телефон молчал, видно, он оставил его дома.
– Странно, я думала, что Сафронков в силу своей профессии не расстаётся с телефоном.
– Для работы и близкого круга знакомых у Данилы другой телефон, – насупившись, разъяснил Константин, – а нам, – он презрительно хмыкнул, – бедным родственникам, он для общения дал этот номер. После того как телефон Данилы не ответил, я набрал номер Софьи. Трубка отозвалась мужским голосом, который поинтересовался, кто звонит Софье. Я представился. Тогда телефон передали другому человеку, который сообщил мне, что Софья убита.
– Они предложили вам приехать?
– Да.
– А Сафронков так и не посетил вас?
– Посетил. Мы с Анютой едва успели подготовить родителей.
– Я хотела бы поговорить с ними.
– Я заметил, что вы не из полиции?
– Да, я частный детектив, но тем не менее ищу убийцу вашей сестры.
– Вас нанял Сафронков?
– Нет.
Тимофеев выжидающе посмотрел на Мирославу, тяжело вздохнул и проговорил:
– Понимаю, вы не имеете права назвать мне имя клиента.
– Увы.
– Родители плохо себя чувствуют. Мама вообще на уколах держится. Да и отца известие о смерти Софьи подкосило. Он, конечно, хорохорится, но лишние разговоры могут его доконать. – И, опередив возражение Мирославы, быстро проговорил: – Не думайте, что я хочу вам дать от ворот поворот. Просто старики мало что знают о жизни Софьи. Но в соседнем подъезде живёт Нюта. Это моя родная сестра. С ней Софья до побега из дома общалась больше всех. Я провожу вас? – спросил он с надеждой в голосе.
Мирослава подумала о том, что мужчина, скорее всего, прав, и согласно кивнула. По облегчению, промелькнувшему на лице Константина, Волгина догадалась, что он всерьёз опасается за здоровье родителей.
Тимофеев перешагнул через порог, закрыл за собой дверь и первым стал спускаться с лестницы. Мирослава поспешила за ним и, глядя в его широкую спину, спросила:
– Константин Сергеевич, а вы где-нибудь работаете?
– А как же? – не оборачиваясь, удивился Тимофеев. – У меня семья, жена, двое детей. Да и старикам надо помогать.
– Вы работаете… – начала она.
– На заводе, – перебил он, – наладчиком. Зарабатываю нормально. Потом опять же у нас семейный огород. С него овощей на зиму хватает и родителям, и нам с Анютой.
– Анюта тоже замужем?
– Конечно, не в старых же девах ей сидеть. Сейчас вот вторым ребёнком беременная. А муж её вместе со мной работает.
«Скорее всего, – подумала Мирослава, – брат и познакомил свою сестру с напарником. Но для следствия это не имеет значения». Поэтому она спросила:
