Тень и Коготь полностью

АВТАРХ. Я не оказываю милостей после шести – таков закон, который мне должно блюсти, чтоб сохранить здравие ума. Уверен, ты поймешь меня правильно.

МЕШИЯ (слегка опешивший). Хорошо, наперед буду знать. Но я даже не думал просить о милостях, правда! Мне нужны лишь кое-какие знания, толика божественной мудрости.

АВТАРХ. В таком случае спрашивай, не стесняйся. Но знай: все имеет свою цену. А именно нынче же ночью эта умалишенная ангелица должна стать моей.

МЕШИЯ падает на колени.

МЕШИЯ. Вот чего мне никак не понять. Отчего я должен говорить обо всем вслух, если тебе и без этого ведома каждая моя мысль? А первый вопрос был таков: стоит ли мне по-прежнему следовать ее советам, зная, что она – из рода тобою отвергнутых? Ведь ей известно, что я знаю об этом, и на душе у меня неспокойно: вдруг ей придет в голову советовать верное, полагая, что я отклоню верный совет лишь потому, что получен он от нее?

АВТАРХ (в сторону). Вижу, он тоже не в своем уме и из-за моих желтых одежд полагает меня божеством. (Мешии.) Небольшая супружеская измена никому из мужчин не вредит. Если, конечно, речь не об измене его супруги.

МЕШИЯ. То есть моя повредит ей тоже? Я…

Входят КОНТЕССА и ее СЛУЖАНКА.

КОНТЕССА. Верховный Владыка мой! Что ты здесь делаешь?

МЕШИЯ. Молюсь, дочь моя. Сними, по крайней мере, обувь, ибо ступаешь по священной земле.

КОНТЕССА. Сеньор, кто этот дурачок?

АВТАРХ. Некий бродячий безумец, встреченный мною в компании еще двух женщин, столь же безумных, как и он сам.

КОНТЕССА. Тогда их больше, чем нас… вот разве что моя служанка в здравом уме.

СЛУЖАНКА. Ваша Светлость…

КОНТЕССА. В чем я весьма сомневаюсь. Только сегодня после обеда она приготовила мне фиолетовый палантин к зеленому платью! В этом наряде я выглядела бы словно столб, увитый ипомеей.

Окончательно разозленный ее словами, МЕШИЯ сильным ударом сбивает КОНТЕССУ с ног. Невидимый за его спиною АВТАРХ спешит скрыться.

МЕШИЯ. Ах ты негодница! Не шути со святым, пока я рядом, и не смей делать, чего я не велю!

СЛУЖАНКА. Кто ты такой, господин?

МЕШИЯ. Отец всего человеческого рода, дитя мое. Так что ты, как и она, вправду мое дитя.

СЛУЖАНКА. Надеюсь, ты сможешь простить ее… и меня заодно. Мы слышали, будто ты мертв.

МЕШИЯ. Тут извинений не требуется. Многие с тех пор умерли. Но я, как видишь, вернулся – поприветствовать новый рассвет.

НОД (шевельнувшийся и заговоривший после долгого молчания и неподвижности). Мы пришли слишком рано.

МЕШИЯ (тыча в его сторону пальцем). Великан! Великан!

КОНТЕССА. Ах! Соланж! Кинебурга!

СЛУЖАНКА. Я здесь, Ваша Светлость. Либия здесь.

НОД. Для Нового Солнца пока что еще рановато.

КОНТЕССА (плачет). Новое Солнце грядет! Мы все испаримся, как сны!

МЕШИЯ (видя, что Нод не намерен ни на кого нападать). Дурные сны. Но для вас так будет лучше всего, и ты это наверняка понимаешь.

КОНТЕССА (немного придя в себя). Я не понимаю другого: как ты, вдруг проявивший немалую мудрость, мог спутать Автарха с Вселенским Разумом?

МЕШИЯ. Я знаю, что вы – мои дочери в старом творении. Иначе быть не может: ведь вы – человеческие женщины, а в этом творении у меня никакого потомства нет.

НОД. Его сын возьмет мою дочь в жены. Конечно, такой чести наша семья не заслуживает; мы – народ скромный, простой, дети Геи, однако теперь возвысимся! Я стану… Кем я стану, Мешия? Тестем твоего сына. Быть может, если ты не против, мы с женой как-нибудь навестим дочь в тот же день, когда ты придешь к сыну в гости. Ты ведь нам в месте за столом не откажешь? Сядем-то мы, само собой разумеется, на пол.

МЕШИЯ. Конечно, не откажу. Пес уже так и делает – или начнет, когда мы его увидим. (Контессе.) Неужто тебе не приходит на ум, что я могу знать о том, кого ты зовешь Вселенским Разумом, больше, чем твоему Автарху известно о самом себе? Не только ваш Вселенский Разум, но и силы не столь важные надевают наше, людское обличье, будто плащ, когда того пожелают, – порой только ради двоих-троих из нас. Однако мы, те, кто служит им одеяниями, нечасто осознаем, что, самим себе кажущиеся самими собой, для других мы, однако ж, то Демиург, то Параклет, а то и сам Враг.

КОНТЕССА. Поздно я обрела сию мудрость, если обречена угаснуть с восходом Нового Солнца. Полночь уже миновала?

СЛУЖАНКА. Вот-вот минует, Ваша Светлость.

КОНТЕССА (указывая в публику). А эти добрые люди? Что выпадет на их долю?

МЕШИЯ. Что выпадает на долю листьев, когда лето подходит к концу и ветер гонит их прочь?

КОНТЕССА. Но если…

МЕШИЯ, отвернувшись, смотрит в небеса на востоке, словно бы в ожидании первых лучей рассвета.

КОНТЕССА. Но если…

МЕШИЯ. Что «если»?

КОНТЕССА. Но если в моем теле окажется частица твоего… несколько капелек жидкой ткани, заключенные в моем лоне…