В общем, я ожидал, что сейчас Грач устроит нечто грандиозное, что мне до сих пор видеть не приходилось. Однако всё прошло спокойно и достаточно обыденно. Он вскинул руки и стал читать молитву:
Грач замолчал, и мертвец начал вставать. Выглядел он не очень: переносица разбита, лицо в крови и весь опухший. Но в целом почти человек, потому что труп свежий.
Барон Дакенхорн поднялся и открыл глаза, увидел меня и издал дикий крик:
– А-а-а-а-а!!!
Звук прокатился по комнате, отразился от стен и стёкол, а потом мертвец прохрипел:
– Ты жив… Ненавижу тебя, Ройхо…
Спорить с трупом, который ожил на время, глупо. Я покосился на Грача, который махнул рукой:
– Порядок. Спрашивай его. Не тяни.
И я задал воскрешённому первый вопрос:
– Почему ты меня ненавидишь?
Возможно, мертвец хотел промолчать, я заметил, как он сцепил зубы. Однако барон находился под полным контролем жреца и выдавил из себя:
– Ты уничтожил мою семью.
– Не помню, чтобы я враждовал с Дакенхорнами.
Покойник промолчал. Вести с ним диалог бесполезно. Только вопросы. И снова я спросил:
– Из какой ты семьи?
– Умес.
Вот так-так. Мне казалось, что клан Умесов, которые открыли на меня охоту, погиб окончательно, а остальным семьям этого полуподпольного сообщества из республики Коцка не до меня. Но я ошибался. Кто-то всё же уцелел или прибыл с востока, чтобы отомстить.
– Как твоё полное имя?
– Миордан Умес.
– Почему ты не попался вместе с остальными членами своей семьи?
– Я был в республике по приказу главы клана.
– И ты решил отомстить?
– Да.
– Где настоящий Дакенхорн?
– Убит.
– Ты его убил?
– Да.
– Давно?
– Пять дней назад.
– Как ты на него вышел?
– Узнал, что он отправляется во дворец, в придорожной таверне подслушал разговор и взял его в оборот.
В принципе дальше всё ясно. Миордан Умес прибыл в столицу, свёл знакомство с дворянами, собрал слухи и посетил дворцовую канцелярию. После чего, понимая, что вскоре его всё равно раскроют, встретил меня и спровоцировал поединок. Кстати, вот ещё вопрос:
– Почему ты решил драться со мной на ристалище?
– Хотел доказать, что я лучший боец, чем ты. Честного боя жаждал. Открытого. Чтобы все видели твою смерть.
– А что планировал делать потом, после моей смерти?
– Думал, что погибну в бою. Срублю десяток остверов и с честью уйду в иной мир.
С этого момента всё окончательно встало на свои места, и следующие вопросы были рабочими. Контакты в империи и на востоке? Агентура? Тайники? Кто ещё уцелел?
Однако ничего нового я не узнал. Сам по себе Миордан Умес никто, одиночка, безрассудный и ослеплённый местью. По этой причине вскоре поток вопросов иссяк, и я обратился к Грачу:
– Мне он больше не интересен. Я узнал всё, что нужно.
– Ты знаешь, что делать, – отозвался жрец.
Шагнув в центр комнаты, я вынул клинок и чётким диагональным ударом раскроил Умесу голову.
Так погиб ещё один мой враг. Без чести, как он хотел. Без славы. Не отомстив. И для меня это просто замечательно.
Больше в этот день ничего особо важного и интересного не произошло. Мы с Отири ещё некоторое время побыли у Грача и госпожи Ириф, обсудили поединок и выпили взвара. Затем вернулись во дворец, поговорили с Марком и ночью отправились к Элен Кенике.
Сначала пустили вперед ламию. Немного побродили с императором по улицам, а когда вошли в любовное гнёздышко, всё было в норме. Никаких объяснений, истерик и ссор. Элен была счастлива и встретила смену облика своего возлюбленного как должное.
Домой попали после полуночи, поужинали, приняли ванну и поспешили в спальню.
На этом закончился ещё один день моей жизни. Непростой и опасной, но весьма увлекательной.
Хороший солнечный день, лёгкий бриз обдувал лицо. Я стоял на вершине Риконского маяка, смотрел в сторону океана, взглядом искал хотя бы одну точку и не находил.
