Уитфорд кивнул Маклиди, и тот распахнул двери, впуская в зал новых гостей.
К чести присутствующих, они и вправду сохранили спокойствие. Во всяком случае, никто не стал хвататься за оружие или выпрыгивать в окно, когда четырнадцать мужчин в мерцающих плащах, с птичьими масками на лицах, прошли мимо них и встали полукругом перед четой Уитфорд.
Мюр не скрывала своего потрясения. Она, как и все мы, понимала – только что Мерген лишился своей самой главной охраны. Лишился так же, как когда-то ее отец.
Уитфорд с улыбкой протянул супруге маленький темный пузырек. Один из многих, находящихся в саквояже.
– Мудрость и сила полководца пустое, если его солдаты бегут. Он обязательно проиграет свое сражение. А мы выиграем. Ну же? Берите! Вы ведь так долго этого ждали.
И она, больше не колеблясь, взяла емкость, и первый плакальщик сделал шаг, принимая плату за свою верность.
– Мистер Шелби, – сказал Уитфорд, в то время как Маклиди застегивал ему заклепки тяжелого стального нагрудника53. – Вы уже очень помогли нам сегодня, и теперь я смею считать вас своим другом. Я знаю, что вы не хотите поддерживать какую-либо сторону. Если желаете, то вольны оставить нас прямо сейчас. Йорки проводит вас через патрули.
Я желал. Как и любой трезво мыслящий человек, примерно зная, к чему все приведет. Вероятно, он считал меня не слишком разумным, но я оценивал последствия своих действий. Понимал, что будет, если уйду сейчас. Представлял, что случится, если уйду чуть позже. Итог один, и не слишком приятный. Так зачем гнать мобиль?
– Я бы предпочел остаться. Возможно, моя помощь понадобится миледи Уитфорд. Разумеется, если нет возражений с вашей стороны.
– Нет. – Он быстро посмотрел на Мюр. – Мы не ожидаем никакого сопротивления, гарнизон и вся охрана на нашей стороне. Думаю, риски минимальны, но хорошо, если вы и ваши таланты окажетесь рядом.
Я не стал говорить ему, что не смогу воспользоваться ингениумом без риска отправиться на тот свет.
– Я иду с вами, Уилбур, – проронила Мюр, уже сменившая торжественный наряд на свою обычную одежду.
– Извольте. Но вам придется надеть нагрудник. На всякий случай. Йорки, найди подходящий вариант для миледи. Право, моя дорогая, не думаю, что это мероприятие вас чем-то обрадует. Оно скучно и обыденно до зевоты. Почти все люди во дворце на нашей стороне, никакого сопротивления не ожидается. Проблемы возникнут лишь с командующим полком, расквартированным в Ветродуе, и его людьми, он целиком за Мергена, с несколькими семьями, занимающимися моторией, и их личной охраной, а также четырьмя членами правительства из одиннадцати. Нам же – просто надо пройти коридорами и добраться до покоев Мергена. Без крови. Дыма. И стрельбы.
– Вы арестуете его? – спросила Мюр.
– Буду с вами честен, дорогая. Никаких арестов и судов не будет. Суды – это очень утомительная трата времени. Они покажут нашу слабость, дадут возможность ошеломленным сторонникам Мергена подготовиться, а некоторым странам предоставят шанс не признавать нас с вами законными правителями Риерты. Начнутся долгие дипломатические вальсы, они будут требовать выгодные условия для себя, мы потеряем позиции и влияние. Люди вокруг нас пострадают куда сильнее, чем… просто исчезновение одного не самого хорошего человека.
– Что же. Я не стану возражать вам в этом вопросе.
Уитфорд довольно улыбнулся и отошел с Маклиди в другой конец караулки охраны, где мы ждали нужного сигнала.
– Осуждаешь меня? – спросила девушка.
– За то, что ты поддерживаешь смерть незнакомого мне человека? Мне плевать. Честно. Уже много раз говорил – не моя война и не мои враги. Я здесь только из-за тебя. Хочу убедиться, что все прошло хорошо, а после я уеду домой.
– Не думала, что плакальщики будут на моей стороне. Это так… дико. Видеть их послушными.
– Лишь до тех пор, пока вы контролируете антидот. Затем ручные псы снова станут дикими. Сейчас ты просто используешь их, как полезный инструмент, и я надеюсь, вы сможете удержать их на цепи. Для своего же блага.
– Я продолжаю считать их опасными. Такими же опасными, как контаги, которых следует уничтожить.
– Уничтожить? – Уилбур, направлявшийся к нам, услышал последнее слово. – Кого желает уничтожить моя дражайшая супруга кроме узурпатора?
– Мы говорили о контаги.
– Вы, должно быть, шутите, моя дорогая?
– Отнюдь.
