Бет-Амон зажгла благовония на треножнике перед ликом богини – своей прародительницы, и почувствовала, как желанное умиротворение воцаряется в ее душе после этой жертвы, произнесенной с молитвой о благополучии своего брака с Яхмесом. День, что говорить, выдался для нее нелегким – всего за одно утро из юной доверчивой девушки, наивно ждущей счастья она, отвергнутая своим братом, превратилась в молодую женщину, твердо намеренной самой строить свою жизнь.
Обитая железом дверь снова отворилась и Бет-Амон быстро обернулась на свет, появившейся в ее проеме. На ее лице появилась улыбка, когла она увидела, что пришел тот, кого она ждала – молодой начальник дворцовой стражи фараона Яхмес.
- Я вам понадобился, госпожа? – осведомился Яхмес, смотря на нее радостными глазами, ликуя в душе от того, что случай свел его с любимой царевной для доверительного разговора. – Ваша служанка Нут сказала, что вы ждете меня в храме Исиды.
- Да, Яхмес, Нут все правильно сказала, - утвердительно произнесла Бет-Амон, и по-девичьи смущенно зарделась. Но она преодолела свою нерешительность и твердо сказала: - Мне пришла пора выбирать мужа, и я выбрала тебя!
- Меня?!! – не поверил Яхмес. В его представлении обожаемая им царевна Бет-Амон была для него столь далекой и недостижимой как ярко блещущая звезда в темном необъятном небе.
- Госпожа, вы должны сочетаться браком с фараоном, - напомнил он.
- Мой брат согласился на мой брак с тобой, и я стану твоей женой, Яхмес, если ты этого захочешь, - ласково произнесла Бет-Амон, не желая вспоминать о предательстве брата.
- Разумеется, я этого хочу! – воскликнул молодой военачальник с такой пылкостью, что окончательно покорил сердце египетской царевны. Для него стать ее мужем означало еще при жизни очутиться в Блаженной стране великих Богов, где нет печали и горя, и царит бесконечная радость.
- Люби меня, Яхмес, - тихо проговорила она, неотрывно глядя на своего избранника. Ее призывный, дышащий нежностью взгляд, нетерпеливо простертые к нему девичьи руки лишили молодого военачальника фараона последних сомнений в том, что его мечта стала явью.
Он с готовностью начал раздеваться, и царевна наблюдала за ним как завороженная. Этот молодой красивый воин поистине был великолепен! Такой совершенный и весь во власти своей любви к ней обнаженный и возбужденный, безмерно притягательный, он источал мужественность и волнующую ее силу.
Яхмес быстро очутился рядом – жаждущий, напряженный, горячий. Его руки обхватили ее тонкий стан и требовательно притянули к себе. Бет-Амон почувствовала себя голой в его объятиях и послушно подставила губы для обоюдного пылкого поцелуя. Было сладко подчиняться любимому мужчине, покоряя его. Яхмес с благоговением влюбленного неистово гладил ее спину, длинные пряди волнистых волос, плоский живот, покрывая их частыми поцелуями. Царевна млела под его неудержимыми ласками, внутри ее живота расцветал цветок сладкой непонятной боли. Ее сознание все больше туманилось, но спина внезапно ощутила холод каменных плит храма. Яхмес незаметно уложил ее на пол, не выпуская из своих объятий и навис сверху, раздвигая ее длинные изящные ноги. Бет-Амон снова подчинилась его желанию. По ее мнению он мог творить с нею все что хотел, лишь бы дарил ей снова свои сводящие ее с ума ласки. Царевна застонала, плавясь от невидимого внутреннего огня, и Яхмес почувствовал, как она возбудилась и желала его всем своим существом.
Его жесткая мужская плоть коснулась ее влажной плоти и проникла глубоко в ее тело. Бет-Амон вскрикнула. Ей показалось, что она не выдержит этого накала и умрет от наслаждения. Она попыталась ослабить напор своего молодого мужа, но Яхмес был непреклонным и не останавливался. Ее тело начало сильно дрожать в предвкушении кульминации, сознание покрылось темной пеленой, а рот снова испустил крик от накатившейся новой волны наслаждения, смешиваясь с удовлетворенным рычанием Яхмеса. Их обоих закрутил космический вихрь, а тела сплелись в одно тело под благожелательным взглядом каменной Исиды. Для Бет-Амон любовь с Яхмесом не шла ни в какое сравнение с той ночью, когда брат взял ее девственность.
А у Иниотеффа после ухода сестры состоялся важный разговор с визирем Хоремхебом.
- Тесть мой, моя сестра не пожелала стать твоей женой, - сообщил молодой фараон сановнику. – Но я дам тебе в утешение прекрасную мою наложницу – Тию, самую красивую девушку Верхнего Египта.