Жрецы бога-крокодила с почтением встретили великого визиря в полном составе и проводили его вместе со свитой в тайные проходы святилища, которым непосвященным вход был заказан. Они вступили в анфиладу бесконечных комнат Лабиринта, и свет резко уменьшился, словно за путешественниками захлопнулась большая дверь. Верхней части храма соответствовал такой же лабиринт нижних помещений, где хранились мумии священных крокодилов, и находилась самая древняя часть святилища. Жрецы повели Хоремхеба и его приближенных туда вниз по каменным ступенькам, освещая непроглядную тьму своими факелами. Подземная галерея была обращена на северо-запад и находилась недалеко от северного входа, противоположного южному через который вошли Хоремхеб и его люди. Им пришлось идти так долго, что они потеряли счет времени и начали задыхаться от царящей в подземелье духоты. Внезапно впереди блеснул слабый свет вечерней зари, запахло застоявшейся водой, илом и травой, и мрачная процессия вышла к пьедесталу огромной статуи человеческого тела с головой крокодила.
Пол расширенного конца галереи полого спускался к узкой полоске мокрого берега. Этот наклонный пол предназначался для облегченного пути священных зухосов, приходивших сюда за предназначенными им жертвами.
- Готов ли ты, о великий Хоремхеб, принести жертву? Не передумал ли ты отдать свою дочь крокодилу?!! – громко вопросил визиря главный жрец.
- Не передумал, - твердо ответил ему Хоремхеб. Взяв из рук служанки годовалую девочку, он встал вместе с нею у подножия каменной статуи Себека, готовясь не дрогнувшей рукой бросить ее прямо в пасть крокодилу.
Тогда главный жрец произнес длинную молитву, обращаясь к Себеку, и сделал знак молодому послушнику. Тот громко ударил в бронзовый диск, висящий возле статуи на железной цепи священным посохом. Это был знак для земного воплощения Себека, что его ждет новое подношение. После удара в диск у всех, даже у Хоремхеба прошел мороз по коже. Священный десятиметровый зухос был так ужасен, что даже смельчаки испытывали страх при его появлении.
Крокодил, однако, запаздывал на ритуальную трапезу. Накануне ему принесли большую жертву в несколько быков, и он еще не успел поглотить эту пищу. От нечего делать Хоремхеб начал рассматривать свою меньшую дочь, находившуюся на его руках. Малышка была на удивление прелестна: кожа у нее была нежная, светлая, губки розовыми, как лепесток розы, темные волосы красиво извивались у нее на голове. И она совершенно его не боялась, улыбалась, протягивала к нему крохотные ручки, а на щечках у нее играли маленькие ямочки, что делало ее еще более обаятельной. Хоремхеб вздрогнул, эти ямочки показались ему удивительно знакомыми. Точно так же улыбалась ему его сводная сестра, его возлюбленная подруга, смерть которой повергла его в пучину черного непрекращающегося отчаяния.
- Амнерис!!! – вырвался из его груди пронзительный крик исстрадавшегося сердца.