– …как бы я чего не стащил? – ехидно закончил за него Ивар.
Тот стушевался:
– Да я ж не о том… Чего ухмыляешься, лорд?! Тебе бы в дом черт-те кого заслали, я б еще на тебя посмотрел бы! Ну? Чего встал столбом? Пошли, говорю. Пока я не передумал. У, Кеннет! Подсуропил!.. Вот ей-богу, знал бы, дак еще двадцать пять лет назад попер бы его отсюда, невзирая на папеньку! А теперь-то чего… поздно! Тьфу ты!
Ивар сочувственно вздохнул и вышел следом за недовольно брюзжащим вождем. Сочувствовал он вполне искренне, только не Дэвину, а себе. Само собой понятно, что в присутствии хозяина дома (который, на минуточку, тоже под подозрением!) ни о каком обыске и речи не идет. Будет стоять над душой, из-за плеча выглядывать, под руку лезть… «Лучше бы он тоже дочь провожать поехал! – недовольно думал лорд. – Хотя, сто к одному, мне б и тогда ничего не светило. С собой бы поволок, побоялся бы одного в поместье оставить… Ну понятно, я же – гончая! Черт бы побрал этих ирландцев, у которых везде родственники… Не работа, а каторга. Ну что мне, ночью по спальням шарить?.. М-да… Идея-то хорошая, но вот исполнение… Надо было у Нэрис снотворных капель взять. Полезная вещь, чтоб я сдох!»
Как и предполагала королевская ищейка, осмотр господских покоев много времени не занял. Да и осмотром этот пробег по второму этажу назвать можно было только при наличии богатой фантазии… Уже вечером, стоя в одиноком карауле, лорд Мак-Лайон сердито брюзжал себе под нос:
– Невозможно работать!.. Этот бородатый собственник сам себе яму роет: туда не лезь, здесь не стой, тут ничего интересного, и вообще, заканчивать пора… Можно подумать, у меня начать время было!
Ивар сердито нахохлился: «Ну вот что мне с ним делать?.. Вождь меня и раньше не особо жаловал, а теперь и подавно глаз не спустит. Как же – явился тут, нос сует, куда не надо! А головой подумать, что «не надо» оно как раз мне. Ну ладно! Надеюсь, после сегодняшнего «обыска» он наконец успокоился. И ужинать будет в столовой, вместе со всеми, если они вернуться успеют, конечно. А не успеют – и того лучше, целая ночь в моем распоряжении!»
Он начал было уже прикидывать заранее, чьи покои посетит первыми, но отвлекся – из-за ограды послышался какой-то шум. Лорд Мак-Лайон навострил уши. Со стороны дороги, становясь все громче, летело разухабистое:
Песенку выводил чей-то очень знакомый и очень нетрезвый голос. Ивар чертыхнулся:
– Финви!..
– Прибью паршивца, – прошипел лорд, решительно разворачиваясь к воротам. – Я его по делу посылал, а он, рожа бесстыжая… Адэйр, это Финви мой! Впусти, будь другом… – Он подумал и добавил: – Хотя, если по-хорошему, его бы на ночь снаружи оставить! Совсем совесть потерял.
– Так чего делать-то? – хохотнули со стены. – Впускать али нет?
– Впускай, – вздохнул несчастный наниматель. – Я ему тут всыплю.
– Эвон как заливается, – ухмыляясь, сказал Шерк, по знаку караульного сверху отворяя малую дверцу ворот. – Ивар, обожди зверствовать! Дай дослушать… С бардами пил, что ли?
– Сейчас узнаем, – многообещающе процедил королевский советник, закатывая рукава.
Покачиваясь, довольный по уши бродяжка шагнул во двор, набрал в грудь воздуха для нового куплета… и испуганно пискнул, когда неумолимая рука Ивара, появившаяся невесть откуда, сграбастала его за воротник курточки.
– Явился, поросенок?! – гневно вопросил лорд. – Нагулялся?
– Ай!
– Да хоть «ой»! Совсем обнаглел?!
– Господи-и-ин… – заскулил нещадно встряхиваемый Финви. – Господин, ну за что? Ну я же ничего не сделал!
– Вот именно! – отрубил наниматель. – Я тебя пьянствовать посылал? А?!
– Н-нет… Да я ведь только самую чуточку, господин!..
Ивар втянул носом воздух и скорчил страдальческую гримасу:
– Чуточку! Да в тебе вечерняя доза Мак-Тавишей… Что за жизнь, черт возьми?.. Одних сплавил подальше, так тут же им замена достойная нашлась!.. Шерк!
– А?
– Я отойду ненадолго, ладно?.. Что ты лапками сучишь, паршивец этакий?! А ну пошли! Пошли, я сказал! Я с тобой в другом месте поговорю…
– Ой, не надо-о-о!.. – заскулил проводник, взрывая пятками землю.