Высокий частокол, тогда еще крепкий, был надежной защитой. Но, увы, когда дело касается разбитого сердца… Несчастный влюбленный, услыхав снаружи знакомый смех, потерял голову и распахнул ворота своей госпоже, начисто забыв о том, что сам же утром ее хоронил. А после, вжавшись спиной в холодные бревна частокола, смотрел, как она рвет на части выскочивших следом за командиром бойцов… Это был ад кромешный, говорила Грания, мелко крестясь. Она убила всех, кто когда-то ее охранял, и выпила их кровь. И они даже не сопротивлялись! Шли навстречу смерти, как овцы на заклание!.. А виновник всего этого кошмара стоял, не двигаясь, и смотрел. И на его лице медленно проступало то самое выражение, которое так с той поры и не стерлось…
– Да уж, – проронил Чарли, недоверчиво качнув головой. – Было, пожалуй, от чего рехнуться. А потом что?
– Потом? – Крестьянка вздохнула. – Она насытилась и ушла. А мы закрыли ворота, сожгли то, что осталось от несчастных, и решили бежать отсюда куда глаза глядят… Уж если в твоем краю завелся кровосос, то делать там более нечего!..
– Бежать, говоришь? – тихонько хмыкнул Ронан Келли. – Что-то незаметно…
– Да ить кто же подумать мог, что оно так повернется-то?.. – опустила голову Грания. И, снова вздохнув, продолжила свой рассказ.
Спешное увязывание в узлы нехитрых пожиток было внезапно прервано появлением у ворот большого конного отряда. Новоприбывшие были не из господ, а как раз даже напротив – самое что ни на есть разбойничье отребье без страха и совести… Они ворвались в деревню и, увидев, что брать там особенно нечего, кроме нескольких мечей да коней погибших воинов, порешили здесь заночевать. Старого Тоби, что сначала пытался предупредить незваных гостей о ходячей покойнице, подняли на смех и побили, лошадей поставили в конюшню, а сами сели в большом доме пировать… Гранию заставили прислуживать, и она слышала, как разбойники говорили о том, что-де улов нынче знатный, что много добра взяли, будет, мол, что у Кривого Даффи на монету звонкую сменять!..
– Даффи… Где-то я уже слышал это имя. – Десмонд вопросительно взглянул на молчаливого Келли. – Кто он?
– Трактирщик, – ответил разбойник, сосредоточенно размышляя о чем-то своем. – На окраине Уотерфорда постоялый двор держит. У него вся наша братия столуется.
– Угу… Стало быть, в здешних краях персона известная. – Капитан раздумчиво кивнул и посмотрел на крестьянку: – Дальше, я так понимаю, все было, как и предыдущей ночью?
– Ваша правда, господин… Тока вы ничего не подумайте, у нас тогда и в мыслях не было!.. Пусть и дурные люди, грабители распоследние, а все ж не по-божески!.. Просто… Явилась она после полуночи, а блаженненький-то наш опять возьми да и отвори ворота! Они ж, разбойники-то эти, на него и внимания не обращали – что со спятившего возьмешь, даром что здоровый?.. Вот он и…
– Ясно. – Хант недобро усмехнулся. – Ваша кормилица оказала деревне большую услугу, избавив вас от грабителей. А барахло осталось.
– И навар-то небось был некислый?.. – хохотнул Чарли. – Опять же есть кому сбагрить… Ай, хваты!
– Сударь, да ведь мы же…
– Молчать, – сказал Хант. – Оба!.. А славно вы устроились, дорогуша. – Он посмотрел на Гранию и улыбнулся так, что ее затрясло с удвоенной силой – столько ледяной ярости было в этой улыбке и этих глазах. – Стало быть, дальше вы решили использовать кровососа себе на пользу? А что, работать не надо, горевать не надо, знай себе гостей на постой пускай, а там уж кормилица сама все уладит – и голодными не оставит, и от свидетелей лишних оборонит… Добро сбывали этому, как его, Даффи?
– Да, господин, – прошелестела женщина. – Ему, кровопивцу… Он к нам и гостей отправлял… ну пришлых, значится! Хотя и своих, бывало… Ежели избавиться хотел от кого. Шепнет им, что-де есть у нас чем поживиться, они и едут. А уж дальше…
– Какой предприимчивый господин, – пробормотал Десмонд, отметив, как изменился в лице Ронан Келли, услышав последнюю фразу Грании. – Весьма предприимчивый. И своего не упустит, как я погляжу… А что ж так нелюбезно – кровопивец? Или он той же породы, что и хохотушка ваша, а?
– Да нет. – Грания горестно всплеснула руками. – Он, уж простите, куда хужей!.. Мы ведь, господин, мальчишек-то наших из дому отослали, тех, кто повзрослее, – уж больно у кормилицы чары сильные! А где ж их прятать? Кругом воюют, а у Даффи постоялый двор, ему завсегда крепкие парни нужны. Тока вот…
– Только вот Кривой не дурачок оказался, – вдруг усмехнулся Келли. – Ведь наверняка не мне одному интересно было, куда бойцы исчезают. А Даффи – ни слова, ни полслова… Понятно – зачем ему терять таких поставщиков?.. Только вот чтоб вы, не дай бог, не передумали да с крючка не соскочили, «мальчиков» ваших он себе и забрал? Знаю их, дельные ребята. И Слоан давно ко мне в отряд просится… Ну, Даффи, ублюдок жирный!
Капитан хмыкнул:
– Зато сообразительный. Да и деревенские недалеко от него ушли… Дорогая, вам не кажется, что на фоне этих милых людей мы с Чарли смотримся уже почти праведниками?