– Оставим в покое тех вождей, что погибли до нашего приезда. Макорик и О’Куинн отдали богу души здесь, прямо у нас с тобой под носом. Дэвин едва не составил им компанию нынче вечером. Чужих в поместье нет, и ты за это ручаешься, так? Вывод – в нашем маленьком тихом стаде завелась одна паршивая овца. Слуги, гарнизон – это вряд ли. Они все на виду, попробуй кто их перекупить, мы бы уже знали. А вот хозяева… У каждого из них была возможность убрать склочную парочку – каждый хоть ненадолго, да отходил. Каждый опять же хоть что-то, да недоговаривает. Причины могут быть разными, я не отрицаю. Но один или одна из них – определенно наш господин Н.! – Лорд принялся методично загибать пальцы: – Эрик. Наврал отцу, что не отлучался от стола. А мы знаем, что отлучался, – ты, слава богу, на свадьбе не пил, как Дэвин, а делом занимался… Возможность у наследника была? Была! Мотив – да пожалуйста! Дедовы лавры мальчику покоя не дают. Папаша королем быть не хочет, а отдай единожды власть другому клану – и ходи всю жизнь под ним, не выберешься… И то ночное бегство через забор подозрительно? Еще как!.. Далее. Энгус…
– Эх?!
– А что? – пожал плечами лорд Мак-Лайон. – Единственный сын, на которого не надышатся, избалованный, да и вообще парень рисковый – ты вспомни, чем они с приятелями по ночам балуются! Неделю назад О’Коннорам два амбара сожгли, у Мак-Эртейнов третьего дня табун увели из загона… Хоть на ножи не лезут, и то хорошо. Но все равно риск неоправданный. А кто у нас заводила? Энгус. Опять же клан Мак-Кана по сравнению с О’Нейллами – пустое место. Земли – кот наплакал, и та дохода не приносит… О том, что Шерлас Мак-Кана к его рождению не причастен, мальчик не знает. Он может захотеть большего, чем роль приживала из милости в доме дядюшки? Может. У него была возможность беспрепятственно попасть в дом на свадьбе? Была, так же как и у кузена… И как у матери, между прочим. Скажешь, глупость? Скажешь, зачем бы ей тогда писать его величеству и рисковать, приглашая нас сюда? Отвечу – по факту, даже если случится чудо и Энгус станет королем Аргиаллы, это ничто по сравнению с троном Шотландии. Всей Шотландии, а не одной какой-то части раздираемого междоусобицами острова. Согласись, есть разница… Почему молчала столько лет? Ну так у Кеннета Мак-Альпина вообще-то имелся законный наследник. Который умер совсем недавно. И вакантное место освободилось.
– Эх…
– Да, тут ты прав, чтоб задумать такую интригу, мало хороших мозгов, нужны еще и твердые руки. Мужские желательно. Но ты не забывай, что за Дейдре и сейчас много кто не прочь приволокнуться. Тот же Бриан Макорик, например. Вот тебе и помощь… А когда стал не нужен или опасен – его быстро убрали со сцены. Отравить воздыхателя для женщины труда не составит. Хоть одного, хоть двух… Ладно. Пойдем дальше. Кара. Тут, знаешь ли, и вовсе лес темный. Да, в ней нет ни красоты Дейдре, ни ее решительности, но вот что касается ума… О, тут бы я поспорил, кого им природа больше наделила! Кара – серая мышка, покорная жена, бесцветная, обычная, какая угодно, но не дура. Кроме того, опиоманка. А что может прийти в голову, одурманенную этой отравой, ты сам знаешь… Мотив? – Тут Ивар примолк на секунду и криво улыбнулся. – Можешь поверить, он есть. Для нормального человека, возможно, это будет не слишком убедительно, однако для нее… Любовь, дружище, страшная штука! М-да.
– Эх? – ничегошеньки не поняв, переспросил бывший воевода.
Командир поднял голову:
– Один из погибших недавно вождей значил для Кары больше, чем муж и сын вместе взятые. Опий ведь не просто так, Творимир. Он подменяет сознание, уводит от реальности, притупляет боль. Конечно, есть еще старый добрый виски, но, во-первых, о пристрастии к спиртному очень быстро узнают, а во вторых… Боюсь, душевная тоска госпожи О’Нейлл куда сильнее! Бутылкой тут не обойдешься. – Он встряхнулся и добавил: – Кроме того, Кара, в отличие от той же Дейдре, богатая женщина. Помимо денег супруга у нее еще и очень солидное приданое. Она могла себе позволить нанять людей. И у нее была возможность избавиться от Фергала и Бриана тогда, на свадьбе. Да, за посудой она ходила в сопровождении кухарки. Но что было потом? Кухарка понесла миски во двор, а хозяйка осталась запереть кладовую. И время у нее было… Но больше всего времени и возможностей было у Дэвина О’Нейлла! Он единственный, кто подвергся нападению, и выжил. У него одного был доступ к погребу, он, как хозяин дома, не вызвал бы ни малейшего вопроса, в какой бы части поместья ни оказался… И наконец, он – вождь. И у него в этом деле свой интерес. Что же касается его странного нежелания идти по стопам покойного отца… Ты чего, Творимир?
– Эх! – Русич рывком поднялся с кровати и, склонившись над тюфяком, выдернул из складок пледа заикающегося побродяжку. – Эх-х!..
– Оставь его в покое, – ровно сказал Ивар. И посмотрел в глаза парню: – Ты все слышал, Финви?
– Я все забуду! – заскулил тот. – Все до последнего слова, господин, клянусь святой Бригиттой!