Творимир, изменившись в лице, одним гигантским прыжком преодолел расстояние от угла до крыльца и, расталкивая дружинников, быстро протиснулся к злополучной лестнице.
— Эх!..
— Дядя?..
Бойцы О`Фланнаганов, орудуя клинками, оттеснили жалкие остатки врага к центру двора. И на опустевшем пятачке у стены остались трое — в бессильной злости сжимающий пудовые кулаки русич, Энгус и вождь клана Мак Кана. Увы, уже мертвый.
— Дядя… — потерянно повторил юноша, роняя меч. И опустился на колени возле тела вождя. — Ну как же так… Как же так? Мы ведь почти победили!
— Эх, — Творимир склонился над Фицроем и покачал головой — на груди вождя зияла страшная рубленая рана. Мечом наотмашь, ясное дело… Такой воин опытный — и так по-глупому подставился!.. Русич снова качнул головой и замер — рана-то была одна, а темных блестящих луж крови у тела — две.
— Эх! — решительно отстранив недрогнувшей рукой возмущенно пискнувшего Энгуса, воевода быстро перевернул тело и зашипел: меж лопаток Фицроя Мак Кана, пробив кольчугу и утопнув в спине по самую рукоять, торчал нож.
…В зеркале озера отражалась бледная тень тающей луны. Занимался рассвет. Розоватое свечение медленно растекалось над верхушками сосен, сглаживая ночные тени, пробуждая окрестные холмы и вызывая усталые улыбки на покрытых сажей бородатых лицах воинов. Крепость О`Кэтейнов — неподвижная, черная, обуглившаяся от пожара, разоренным муравейником лежала в руинах стен. Вожди созывали дружины, бойцы искали на поле брани тела своих, чтобы доставить домой и похоронить, как подобает.
Дэвин О`Нейлл, стоя на берегу, молча разглядывал торчащие из воды остовы норманнских кораблей. За спиной вождя захрустел песок:
— Как вы, дядя? — Энгус, на ходу бинтуя руку, подошел и встал рядом. Дэвин пожал плечами:
— Жив — и слава богу. Что с рукой?
— Прилетело… — молодой человек зубами затянул узел и, сплюнув нитки, смущенно улыбнулся:- Сам виноват, сунулся первым тогда через задний ход, вот и получил… Хорошо, не отрубили к черту!
— Говорил же тебе, балбесу — имей терпение, — неодобрительно высказался Дэвин. — В другой раз не руку, шею подставишь — и маменька твоя меня со свету сживет, что не уберег кровиночку!..
Энгус весело фыркнул:
— Да, мама может… Дядя, нам домой бы! Раненых много, и Эрик, опять же, еле на ногах стоит. Вы лицо его видели? Я уж про остальное не говорю…
— Остальное? — вождь обернулся.
— Плечо пробито вроде, — объяснил Энгус. — И еще в ногу несколько стрел поймал. Я хотел посмотреть, а он брыкается. Поедемте, дядя! Матушка с тетушкой, наверное, уже с ума сходят… О, Морда?! Дружище! Ты где пропадал?
Лицо юноши осветилось неподдельной радостью. Появившийся со стороны леса сотник улыбнулся в ответ:
— Да здесь я был. Мы с Грихаром лес прочесывали, пока вы крепость брали. Как корабли запалили, так дали деру в самую чащу и сидели тихохонько, вас дожидались…
— Значит, вот куда наш глава дружины тогда исчез! — Энгус хмыкнул и, осекшись, переспросил:- Корабли? Ты сказал — корабли?! Так это вы, значит…
— Много потеряли? — перебил племянника вождь, окидывая взглядом истерзанную, во многих местах прожженную одежду сотника. Морда отвел глаза в сторону:
— Трое. Кифа часовые сняли, Шона на отходе срезали… Творимир-то живой, хозяин?
— Да, — рассеянно отозвался Дэвин, махнув рукой в сторону насыпи, — там, помогает… Морда, погоди! Ты сказал — трое? Шон, Киф — а третий кто?
Сотник тяжело вздохнул и, все так же не глядя на вождя, выдернул из-за пояса тяжелый шотландский кинжал. Энгус открыл было рот, но, взглянув в лицо Дэвина, тут же его закрыл. Чье оружие, было понятно. "Непонятно только, чего дядя так расстроился, — озадаченно подумал юноша. — Он же Ивара терпеть не мог!"
— Что ты мне его тычешь? — наконец нарушил молчание голос вождя О`Нейлла. — Поди отдай Тормиру, они ж вроде друзья были… Грихар где?
— Наших собирает, возле крепости, — наемник снова сунул клинок за пояс. Дэвин кивнул и, больше не говоря ни слова, широким шагом направился вверх по дороге.
— Дядя не в духе… — пробормотал Энгус. — Оно и понятно, конечно, столько хороших бойцов потеряли! — он покосился на Морду и сконфузился:- Извини. Забыл, вы же вроде с Иваром приятельствовали?
— Вроде того, — сотник провожал вождя задумчивым взглядом. — Энгус, ты говорил про потери. Так много?..
— Да, — помрачнел молодой человек. — Только наших, считай, больше половины. От О`Фланнаганов вообще кучка осталась… Дружина Макнейлла полегла почти вся. Хорошо, хоть вождь жив остался, хотя и плох. Мой дядя Фицрой на меч нарвался, мир его праху, и Дуана МакГрата до сих пор найти не могут.
Энгус покосился на дымящиеся развалины крепости и зло сплюнул в мокрый песок:
— О`Кэтейны!.. Из-за их подлости Аргиалла осиротела! Правильно Бернард поместье дотла сжег…
