— Нет, этак я прямо тут свалюсь сейчас и захраплю, — встряхнувшись, сказал Ивар. И, волевым усилием безжалостно изгнав из мыслей пасторальную картинку, поднялся на ноги. — Осталось-то всего ничего. Не раскисать!..
Лорд МакЛайон, прищурившись, посмотрел вниз. Там, у дороги, что тянулась по самому краю леса, виднелось несколько домишек. Из трубы того, что побольше, тянулся белый дымок. Не деревня, понятно, скорее всего — придорожный трактир да пара сараев. "Тоже неплохо, — решил королевский советник, прислушавшись к звенящей пустоте в желудке. — Надеюсь, у них там не только наливают? Сжую пару лепешек, и дальше двинусь… А если за эти полчаса кто-нибудь здесь еще кого-нибудь прирежет — да и черт с ним! Я не двужильный…"
"Парой лепешек", понятное дело, голодный как собака лорд не ограничился. От предложенной хозяином кружки эля он отказался, а вот от всего остального — не сумел… Тем более, что харчи в трактире были вполне ничего себе. Умяв плошку овсяной каши, советник отдал должное половине жареного цыпленка, закусил его сыром и куском кровяной колбасы, а после залил все это кружкой парного молока. И, осоловев от съеденного, отвалился от стола с твердым намерением "посидеть еще пять минут — и вперед". Пять минут растянулись на добрые четверть часа… Дородная супруга хозяина, которой очень польстил неуемный аппетит гостя, улыбнулась, глядя, как "монах" тихонько зевает в капюшон, и подошла к его столу:
— Может, братец еще чего желает?
— Желаю, — честно признался Ивар, принюхиваясь к пряному аромату свежей рыбы, проникающему в трактир из-за неплотно прикрытой входной двери. Во дворе на яблочных прутьях запекали жирную форель. — Желаю, да только класть уже некуда…
— Так, может, вам самому прилечь? — сжалилась хозяйка, скользнув глазами по измученному лицу путника. — Притомились вы, уж вижу… Мы комнат не сдаем, но на конюшне сеновал просторный — есть, где отдохнуть!..
— Благодарю, дочь моя, — смиренно склонил голову лорд, поспешно входя в роль, — но торопиться мне надо! И так засиделся у вас…
— Все-то вы спешите, божьи люди!.. — вздохнула женщина, убирая пустую кружку. — Вчерась вот тоже, ваши заглядывали… Все как есть худущие, глаза ввалились, а все туда же — торопятся, вишь!.. Вы хоть покушали, братец, а они одной воды попросили, посидели да ушли. Может, конечно, у них в кармане пусто было, да ведь мы ж понимаем! Чай, не обеднели бы от трех мисок супа. Суп вчера хороший был, с баранинкой, а они не стали… Почему? Мы ж от всего сердца!..
— Я уверен, они это знали, дочь моя, — улыбнулся Ивар, подняв глаза на ее огорченное лицо. — Не печальтесь… Кстати, сколько я вам должен?
— Ох, ну что вы!..
— Нет-нет, не спорьте! Вы спасли меня от голодной смерти. И очень, признаться, вкусно спасли… Так сколько же?
— Две монеты, братец, — женщина зарделась от похвалы и добавила:- так-то приятно слышать! Я уж, грешным делом, думала, что пересолила, али еще чего… Вы ж за сегодня первый, кто цыпленком не побрезговал! Вот до вас были гости, и часу не прошло, как уехали — дак едва притронулись. И еще один господин заходил — то ли тоже монах, то ли нет…
— В смысле? — отсчитывая медь, рассеянно переспросил "братец". Хозяйка повела плечом:
— Дак не поняла я, кто он таков! С виду навродь как монах, вроде вас. А так, по обращению да повадками — и непохоже… И муженек мой велел ухо с ним востро держать. Не понравился ему господин тот чевой-то!.. А я и не пойму — вроде любезный, и не торговался вовсе…
Ивар насторожился. Монах — который не монах?.. Что-то знакомое… что-то очень знакомое…
— А давно ли был тот гость, дочь моя? — постаравшись придать своему голосу максимум незаинтересованности, спросил он.
— Дак ночью еще, сударь. Видать, супружник мой оттого и в подозрения ударился… А с чего, я вас спрашиваю? Щедрый господин, тихий, тока что без аппетиту! Подала я ему цыпленка, а он куснул разок — да так и бросил, не доевши… А цыпленок свежий, жирненький, сама всегда у вертела стою, приглядываю! Чего не понравилось?..
— Может, он тоже торопился? — предположил Ивар.
— Не знаю, братец… Может, и так. Супца похлебал — и исчез. Тока монету на столе оставил, да цыпленка недоеденного. Я ж на кухне крутилась, не приглядывалась. Это мой старик на него все таращился…
— Вот как, — пробормотал лорд. И, высыпав в ладошку женщины горсть меди, поднялся:- Ну, пора мне. Спасибо за угощение… А не скажете, супруг ваш далеко?
— Да во дворе он, за рыбою присматривает… Ох, братец, да вы ж втрое переплатили!
— Это ничего, — снова улыбнулся "монах". — Я, может, на обратном пути еще загляну, дочь моя!.. Там и сочтемся.
— Благодарствуйте…
Лорд МакЛайон кивнул, натянул капюшон пониже и поспешно вышел.
Нэрис, отчаянно зевая в воротник плаща, сонными глазами посмотрела на подпрыгивающего в седле Чарли и сказала:
— Не понимаю, зачем так рано?.. Солнце едва взошло! Еще и не позавтракали толком. Что вы сорвались вдруг из трактира, как ошпаренные?
— Сиди уже, — отмахнулся старый разбойник, озабоченно хмурясь. И повернулся к Ханту:- Слышь, кэп, я вот тут подумал… А не огребем ли?
