Он оставил влюбленных и направился к выходу из пещеры. Став на выступ, он с удивлением огляделся. Затем повернулся к Луису и Жоан и, широко улыбаясь, крикнул:
— Вы ни за что не догадаетесь, где мы!
— Я так устала, что не стану даже пытаться.
— Мы в одном необыкновенно красивом месте, — радостно произнес колумбиец.
— Постой-ка, дружище. Я претендую на то, что первым узнал, где мы!
Луис поцеловал Жоан в висок и заспешил к Мендрано. В сумерках пещеры Жоан хорошо были видны фигуры мужчин, красиво обведенные солнечной каймой.
— Это наш водопад, Жоан! — закричал Луис, оборачиваясь.
— Наш водопад? — с улыбкой переспросила Жоан.
— Да. Теперь ясно, куда идти.
— Не могу поверить. — На глаза Жоан навернулись слезы. На этот раз это были слезы счастья.
Они стояли на краю выступа. Впереди простирались непроходимые джунгли. Брызги водопада разлетались далеко, так что все вокруг было скользким. Вода падала с высоты в водоем, где недавно купались Луис и Жоан.
— Надо быть осторожным, — предупредил Перье. — Падение на камни может быть опасным.
— Очень опасным, — добавила Жоан, — но в носках мы тоже можем нажить себе бед.
Луис посмотрел в ее лицо. Вид у нее был неважный, но при всем этом она шутила. Он взял ее за руку. Рука была холодной и дрожала о напряжения.
Впереди был долгий путь к дому Луиса. Девушка совсем ослабла и едва передвигала ноги. Они потеряли счет времени. Духота, царившая в джунглях, отнимала последние силы. Ветки царапали лицо и руки, ноги кровоточили, мучила жажда, но они не позволяли себе останавливаться.
Наконец джунгли кончились, и на поляне показался дом. Жоан была почти в беспамятстве. Луис сказал:
— Мы дошли. Мы сделали это, любимая моя.
— Мы пришли? Сделали? — спросила Жоан.
— Да. Еще несколько футов и — Луис не успел договорить. Жоан потеряла сознание. Он подхватил ее и отнес в дом. Мендрано пошел за ними.
Луис осторожно уложил девушку на кровать и укрыл одеялом.
— Теперь у тебя в доме есть женщина, — улыбаясь, проговорил Мендрано.
— Да. Она удивительная и смелая. Я знаю многих мужчин, которые не вынесли бы этого. Пусть она поспит. А нам с тобой надо выпить.
— Вот это мысль!
— У меня в буфете есть бутылка. Думаю, ты найдешь ее. И прихвати стаканы.
Мендрано кивнул и вышел. Луис снова посмотрел на Жоан. Потом сел рядом, погладил ее волосы, убрав их с влажного лба.
— Я люблю тебя, — прошептал он.
Потом поднялся и пошел к Мендрано. Они выпили, не спеша обсуждая, что делать дальше.
— Мне бы так хотелось вернуться в долину и найти самозванца, — сказал Луис.
— Но мы даже не знаем, там ли он.
— Мендрано, надо сходить на участок и узнать, где Сальма и Антонио.
— Сначала надо отдохнуть.
— Точно. При нынешнем состоянии мы едва доберемся до кровати. Луис допил коньяк.
— Пару, часов, Мендрано, пару часов. У меня глаза закрываются. Я даже думать не могу.
— Солнце уже садится за горизонт. Нам лучше оставаться здесь до утра. А потом решим, что делать.
— Хорошо. В дальней комнате есть кровать. Иди поспи.
Мендрано устало кивнул и ушел. Луис вернулся в свою спальню, лег рядом с Жоан и нежно обнял ее. Через минуту он уже крепко спал.
Жоан повернулась и открыла глаза. Вокруг было темно. Примерно с минуту она соображала, где находится. Потом вспомнила о гробнице, в ужасе вскрикнула и села на кровати. Ее крик разбудил Луиса.
Он положил ей на плечи руки.
— Тише, Жоан, все хорошо. Мы спаслись. Помнишь? Мы вышли из гробницы. Прости, мне следовало бы оставить лампу.
— О Луис, — вздохнула девушка и прильнула к нему.
— Ты в безопасности, милая. Как ты себя чувствуешь?
— Даже не помню, как добралась до постели.
— А ты и не должна помнить. Ты уснула почти у самого дома.
— И ты принес меня и уложил в постель?
— Мое грубое воображение рисует мне иные, более приятные способы отхода ко сну.
— Я бы сейчас все отдала за ванну и чистую одежду.
— Жоан, сейчас четыре часа утра.
— Мы могли бы поплавать в реке.
— Вы забыли, где вы, мадемуазель, — улыбнулся Луис. — Чудная двадцатифутовая анаконда разок-другой может обнять вас. Крокодил тоже не откажется позавтракать вами и…
— Достаточно, — она прикрыла его рот ладонью.
— У меня есть идея. На стене висит большое корыто, в котором Мария стирает белье, — Луис встал и зажег лампу. — Я принесу его сюда и нагрею воду на плите. Тут должна быть одежда Марии. Она будет несколько великовата, зато она чистая.
— Луис, я буду благодарна.
— Как сильно?
— Очень, очень.
И они вместе расхохотались.
— Так сильно, что разделишь ванну со мной?
— Это самая малость, которой я могу ответить на твою щедрость.
— Купание в деревянном корыте в четыре утра посреди джунглей, — с улыбкой заметил Луис.
— Не знаю, поверил ли бы кто из моих друзей, — сказала Жоан. — Но, клянусь, они бы мне позавидовали…
Потом они смотрели друг на друга и молча улыбались, восхищаясь друг другом, влюбляясь еще больше. Вода охладила и успокоила их разгоряченные тела.
— Солнце уже встает, — прошептал Луис.
— Я хотела бы остановить время, — вздохнула Жоан, — но не могу. Увы, время неумолимо. Пора вылезать, Луис, а то мы сморщимся, как чернослив.
