- А теперь выслушай меня, Всеслав из Антары! Я совершенно не причастна к тем надуманным обвинениям, которые выдвинул вам мой отец. Я даже до вчерашнего вечера не знала, что он замышляет. Лорд Казимир разрешил мне остаться здесь! Замуж за него я не выйду! А вот ты сейчас разбудишь свою совесть, оторвешь зад от пола, оденешься и пойдешь помогать барону готовить замок к защите!
- Так его, девочка! - в дверном проеме, улыбаясь в усы, стоял барон Антарский - невольный свидетель разыгравшейся сцены. Так как осада замка, по подсчетам лорда Казимира, намечалась, приблизительно через три дня - раньше собрать войско и привести его под стены Антары мерзкий Зых просто не успеет - любящий отец решил в эту ночь дать сынку отдохнуть и хорошенько выспаться. Барон Антарский был готов увидеть в спальне Всеслава все, что угодно, но только не это. Он не слышал начала разговора и поначалу сильно разгневался на девчонку, которая посмела нарушить его приказ и бессовестно явилась в комнату Всеслава. Но, хорошо разобрав последние слова молодой леди, смягчился и даже проникся к ней симпатией и уважением.
Анетта замерла, ожидая праведного гнева хозяина замка. Она стояла и, широко раскрыв светло-карие глаза в обрамлении темных пушистых ресниц, бесстрашно смотрела на него в ожидании разноса. Но лорд Казимир, кажется, совсем не собирался ее отчитывать. Девушка, смутившись, потупила взор и, бросив короткое "простите", выбежала из комнаты.
Барон Антарский проводил ее взглядом, а потом обратил свое внимание на беспутного отпрыска.
- Ты слышал, что леди сказала?! - строго поинтересовался он у сына, и, не дожидаясь его ответа, продолжил: - Быстро одевайся и на стену! Там поговорим!
Уже находясь в дверях, лорд Казимир остановился и добавил:
- Ты прав: она необычная, - и вышел, заметив, как быстро протрезвевший отпрыск, услышав его последние слова, недовольно сверкнул глазами.
- Помощи просим, милорд, - комкая в руках шапку и раболепно кланяясь, начал излагать дело пожилой крестьянин в добротном тулупе. - Я староста вашей деревни Залески. Беда у нас, господин, беда.
- Что случилось? - несколько лениво поинтересовался лорд, наблюдая за тренировкой то и дело поскальзывающихся и падающих воинов. Сегодняшней ночью неожиданно наступило потепление - очень редкое явление для зимы в здешних местах. Утоптанный снег подтаял, и Михал, считающий, что воин должен уметь сражаться при любой погоде одинаково хорошо, только обрадовался этому обстоятельству. - Ты, вихрастый! Да, к тебе обращаюсь! Я сколько могу повторять, что одноручный меч потому так и называется, что предназначен для одной руки! Возьми оружие правильно!.. А ты чего стоишь? Плевать, что скользко! - затем снова обратил внимание на просителя: - Ну?!
- Простите, господин. Деревенька у нас небольшая...
- Но доходная, - перебил его хозяин.
- Да, милорд, стараемся, - охотно согласился староста, продолжая нещадно мять многострадальную заячью шапку: - Все вам во благо, милорд...
Граф бросил на просителя высокомерный взгляд и приказал:
- Не тяни!
- Господин, наша деревенька-то на окраине леса находится, вот и повадилась стая волков к нам по ночам наведываться. Сначала птицу таскать стали с околицы, потом за овец и коз принялись... А вчера вот... двух коров у... м-м-меня... утащ... зарезали... загрыз... - жаловался мужик, запинаясь и путаясь в словах под строгим, все больше и больше мрачнеющим взором лорда Михала. Правду народ шепчется: хоть и молод хозяин, да шибко грозен, вон глядит коршуном. не ровен час, порешит на месте... Видно, при отце-то норов свой в узде держал, а теперь дал ему волю...
- И? - только произнес граф, но этого оказалось достаточно, чтобы до смерти перепуганный селянин бухнулся на колени в снег, впившись в свой несчастный головной убор так, что тот заколыхался в такт мелкой дрожи рук.
Глядя на этот панический страх, Михал с ехидством и брезгливостью подумал, что зайцам, принудительно предоставившим свои шкурки для шапки, на бескрайних зеленых лугах вечности не один раз икнулось. Откровенно говоря, молодого лорда раздражало, что простой люд шарахается он него, как от демона. Конечно, с одной стороны хорошо: боятся своего господина - порядка больше будет, но скоро дойдет до того, что его именем детей пугать начнут. Неужели он слишком строг и жесток? А Кая... Она и любит, и боится его, и в то же время находит где-то силы отшивать, когда ему хочется сближения... Ну вот, опять он размышляет о девчонке...
- Мы... мы и-и-их п-пытались сами у-у-убить, х-хозяин... К-капканы с-с-ставили и ловушкки р-разные... С-стаю в-водит ш-шибко лютая и хитрая волчица... З-з-зараза всё стороной об-обходит... Мужики го-говорили, что и не волчица она в-вовсе, а оборотниха...
- Хватит заикаться и ерунду молоть! Встань! - приказал лорд Михал.
