– А следовало бы! Впрочем, что взять с морпеха… Пойми, врезать ядерной боеголовкой по врагу – это, разумеется, здорово! Но ведь можно и в ответ чего-нибудь получить! А здесь… здесь такой угрозы не имеется, мы уже давно и прочно заняли лидирующие позиции на этом фронте.
– Но торговать наркотой на государственном уровне? Это… я даже и не знаю…
– Островитяне[8] не постеснялись в своё время развязать войну[9], лишь бы сохранить за собою право это делать. И выиграли её! При полном одобрении соседей, кстати! Так что не удивительно, что их опыт был творчески переосмыслен и дополнен теми, кто умеет смотреть дальше собственного носа.
– То есть нами? США?
– Да. И что тебя удивляет? Бритты, кстати, и по сей день не могут нам этого простить! Ставят палки в колёса везде, где только могут! Гадят по мелочи, на большее сил просто не хватает. Старый лев давно уже растерял былое могущество, и его рычание уже никого не страшит. Всерьёз связываться с «Гарвардом» никто не станет.
– Так уж и никто? – усмехаюсь я.
– Китай… эти могут! Они способны положить половину своего населения, чтобы самим распоряжаться своим рынком. Триады весьма ревностно относятся к тому, что кто-то вторгается на их территории. Могут ударить и тут – их позиции в Европе достаточно сильны. Да и среди местных не всё так просто… Ндрангетта – это вообще конченые отморозки, их только деньги и интересуют. Посули им прибыль – и они пойдут на что угодно и против всех. Русские… там тоже пока не всех ещё «построили», – употребляет он этот странный русский термин.
Насколько я помню, это означает, что ещё не все процессы по организации нужных взаимоотношений завершены должным образом.
И много чего ещё рассказал мне срывающимся голосом мой старший группы. Понимаю, что по большей степени это было вызвано действием наркотика, хотя…
– Они опаздывают… чёрт… А у меня уже холодеют ноги! Это конец! Не успел… жаль… так много было планов…
А он действительно плох! Это даже такому хреновому медику, как я, понятно.
– Дин, успокойся! Я уверен, что наши сделают всё возможное…
– Чтобы оставить как можно меньше живых свидетелей. Особенно таких, как я…
– Свидетелей? Чего? Мы работаем на свою страну!
– На свою страну ты работал, когда защищал дипломата – там, в кафе! Он, кстати, передавал деньги местной мафии – это была операция по линии «Гарварда». Потому-то там оказались ещё и мы… как сейчас… Не всё знают даже и в посольстве. А сейчас ты и я работаем на не существующую официально структуру. Нас – нет! Вообще нет… и никогда официально не существовало. Мы – как тень на ярком солнце, то, чего вообще быть не может ни при каких обстоятельствах.
– Так там тогда была мафия?
– Ндрангетта… их интересовал чемоданчик с деньгами.
– А сегодня? Тоже, скажешь, мафия?
– Нет… Сегодня это была обычная полиция… хотели перехватить курьера. Потому-то, кстати, в операции принимали участие парни Джузеппе – чтобы гарантированно исключить эту возможность.
– Так мы знали?!
– Думаю, что какие-то подозрения на этот счёт имелись…
– Но ведь можно же было всё отменить?
– Наверное, уже было поздно. Да ты и сам всё слышал. Главное – спасти груз. На чём приедет курьер и где он поставит машину, знали немногие. Был шанс, что эта информация ещё не ушла. Место встречи да, изменить уже было нельзя.
Офигеть… получается, что я завалил пяток местных копов?! Да и в преследовавшей нас машине тоже кому-то основательно прилетело. Сколько там пожизненных сроков я себе уже обеспечил?
Наверное, все мои переживания явственно отобразились на лице, потому что старший внезапно рассмеялся. Впрочем, смех тотчас же оборвался насадным кашлем.
– Небось высчитываешь, сколько лет тебе придётся сидеть? Не переживай… до этого точно не дойдёт.
– Почему?
– Ни один агент «Гарварда» ещё никогда не сел ни в одну тюрьму. Пока ты нужен для проекта, тебя будут спасать и выгораживать любыми путями. Перевезут в какое-нибудь Джибути… сделают новые документы…
– А если стану не нужен?
– Курьера видел? Вот тебе и ответ!
– И что? Так могут поступить с каждым?
– С кем угодно.
Ничего себе перспектива! Ходить по краю могилы и постоянно ждать пули в затылок? Надо было раньше соображать, когда читал контракт с неожиданно высоким гонораром. Большие деньги не платят просто так!
– Не всё так фигово… – Кашель прерывает слова Нормана. – Люди и на пенсию уходят, она, кстати, у нас положена уже через пять лет работы.
– И сколько лет ты в «Гарварде»?
– Девять.
– А что же не ушёл сам?
Снова кашель.
– Да вот пришлось… отрабатывать…
– В смысле? – не понимаю я.
– Проштрафился… вот мне и предложили искупить ошибку. Моя кровь никому не нужна, а вот работа очень даже востребована. Три года… с сохранением положенных выплат… это хороший…
Ему хуже и хуже прямо на глазах! Черт, если так пойдёт и дальше…
– Дин! Может быть, ты лучше помолчишь? Тебе же плохо!
– Дин… Нет никакого Дина Нормана. Есть, точнее, был Джейкоб Хаммерсмит, специальный агент ФБР… Да… С того времени много лет прошло, я уже и сам забыл своё имя…
ФБР? Спецагент?
Это серьёзный пост!
– А как же ты попал…
– Неважно. Тебе это не интересно, у каждого свой путь.
